Вне закона

Да и правильно, что далеко ходить-то? А салун, понятное дело, еще и роль казино выполнял, потому что азартные игры здесь никто не запрещал. Никакие – в салунах резались в карты, рулетку и кости, а на улицах в «три листика» и наперстки, а кто во что по домам играл – это уже дело личных предпочтений. Хоть в «дочки-матери» на деньги. Законов вообще в Батлер-Крик было немного, и все они прекрасно умещались в основные библейские заповеди, да и то зачастую с коррективами и разъяснениями. Например, заповедь «Не убий!» расширялась в толковании «Не начни убивать первым!».

«Не укради!» применялась без издержек, а желать жену ближнего своего было крайне рискованно, потому что жены были в очень большом дефиците. Поэтому подчас доходили в желаниях и до «осла его и другого скота его».

Впрочем, со слов окружающих, сейчас с этим действительно было намного лучше. Почти весь бордель на Главной улице был укомплектован тайками и вьетнамками, говорившими по-английски еле-еле, а другими языками, корме родного, и вовсе не владевшими, но клиентура от них бесед и не искала, нравы тут были попроще, ну и оплата услуг шла почасовая, так что на беседы не разменивались и ценное время на них не тратили.

Еще в борделе был вышибала – гигантских габаритов мужик с бородой лопатой, судя по татуировкам – из байкеров в прошлой жизни, отзывавшийся на кличку Рок, и еще была хозяйка – колумбийка Сули, а если полностью, то Сулимар, срок, впрочем, получившая в Америке.

Сули тридцать пять, густые волосы она всегда собирала в пучок на затылке, узкое лицо с резкими чертами и крупным ртом под небольшим носом не лишено приятности, а фигурой так и вовсе была хоть куда, правда, на взыскательный вкус, включая мой, казалась несколько задастой.

В недавнем прошлом, «по ту сторону Закона», несмотря на молодость, организовала она дорогой бордель в Майами, за что в результате и пострадала, как люди считали, и оказавшись здесь, сразу же нашла свои таланты востребованными. Кто-то из Доусона ссудил ее деньгами, после чего деловая венесуэло-американка открыла самый лучший публичный дом в новостроящемся Батлер-Крик, сделавший ее одной из самых уважаемых и состоятельных дам в этом городке. Критерии респектабельности здесь были совсем другие, и владение борделем препятствием к общественному уважению не было.

В моих же глазах самым большим достоинством Сули было то, что она решила все мои проблемы с женским обществом, причем совершенно бесплатно, и не силами наемных своих тружениц, а предоставив в качестве такового свое собственное. То есть Сули вполне официально стала моей любовницей, и даже, кажется, только моей, что было совсем странно.