Во власти Дьявола

Это он ей задолжал, задолжал море слез, которые она по нему выплакала, кучу потраченных нервов и мертвых клеток. Пока он жил себе там, в Европе, она умирала здесь, без него. А теперь, когда у нее все наладилось, когда она справилась и начала жить, он вернулся и рушит все, словно слон в посудной лавке.

— Как ты мог? Зачем? — она всхлипнула, уткнувшись носом в широкую грудь брата, вдыхая его аромат. Она никогда в этом не признается, никогда не скажет этого вслух, но, черт, как же Даря по нему скучала. Ругала себя, отчитывала за глупость, а все равно скучала.

— Затем, что так надо, — коротко отрезал брат, чем вновь разжег в Дарине пламя праведного гнева.

— Это не твое дело, моя личная жизнь — не твое дело, я могу делать что хочу и с кем хочу!

Дарина готова была поклясться, что после ее слов брат задрожал всем телом, сильнее стискивая Дарину в кольце своих рук, задышал шумно, Даря чувствовала, как вздымается грудная клетка брата, слышала, как шумно он втягивает кислород, как колотится сердце.

— Скажи мне, Даря, как много ты ему позволила? — прохрипел он ей в макушку.

Он издевается? И у него еще хватает наглости такое спрашивать? И на что он надеется, на то, что она ответит? Да она скорее свое собственное пальто без соли съест, чем потешит эго этого…предателя!

— Тебя это не касается, Дема, — выплюнула девушка, вырываясь из объятий.

Да кто бы ей позволил. Демьян держал настолько крепко, что даже двинуться было невозможно. — Касается, Дарька, потому что от твоего ответа зависит, вырву я ему ноги или нет, и не только ноги, — прошептал Дема, хватая губами ушко Дарины, вызывая в ней уже знакомую дрожь. Что он делает? — Да как ты смеешь! Ты оставил меня, бросил! Я не твоя собственность! — она вновь сделала попытку избавиться от душащих ее стальных оков. — Моя, Даря, ты моя…сестра… и лучше тебе об этом помнить, малышка, — усмехнулся Дема, и, прежде чем Дарина успела возразить, прижал ее к себе и впился в пухлые губы…

Дарина даже не поняла, что произошло, просто в какой-то момент время перестало существовать, комната вокруг закружилась с бешенной скоростью, а собственные ноги потеряли способность удерживать вес тела.

А Демьян…он целовал ее, черт возьми, он действительно ее целовал. Напористо, жестко, не позволяя отстраниться, сделать такой нужный сейчас вдох. Она хотела это прекратить, правда хотела, остатками здравого смысла понимала, что так нельзя и где-то внизу находится ее парень, и надо…надо это закончить.