Водопад

— Ты помнишь, о чем спрашивал меня в прошлый раз? — Ребус взял у Костелло чашку черного кофе, потом достал из упаковки две таблетки парацетамола и отправил в рот, запив двумя глотками крепкого, горячего напитка. Было уже за полночь, но Костелло еще не ложился. Черная майка, черные джинсы, босые ноги. Судя по всему, он успел сгонять в какую-то лавочку: на полу валялся пластиковый пакет, рядом стояла бутылка виски «Белл». Маленькая бутылка. Она была только почата. А парень-то, видать, непьющий, подумал Ребус. Только непьющий мог таким образом снимать стресс — глотнуть немного спиртного, за которым еще предварительно пришлось сбегать.

Причем он не стал тратиться на большую бутылку, зная, что пары стаканов ему за глаза хватит.

Гостиная была очень маленькая. В квартиру Ребус поднялся по винтовой лестнице со стершимися каменными ступенями. Крохотные окошки. Дом строился в те далекие времена, когда отопление считалось роскошью. Меньше окна — меньше холода.

От кухни гостиную отделяли только ступенька и некое подобие перегородки. Широкий дверной проем был пустым. Вдоль кухонной стены висели на крюках разнокалиберные сковороды и кастрюли — Костелло явно любил готовить.

Гостиная была завалена книгами и компакт-дисками; последним Ребус уделил особое внимание. Джон Мартин, Ник Дрейк, Джони Митчелл… Спокойная, но рассудочная музыка. Книги, судя по названиям, имели непосредственное отношение к курсу английской литературы, которую Костелло изучал в университете.

Дэвид Костелло сидел на сложенном в виде кресла футоновом матрасе; Ребус выбрал один из двух деревянных стульев с высокой спинкой. Стулья были похожи на те, что он видел на Козвейсайд: там такие стулья выставляли перед лавчонками, гордо именовавшими себя «антикварными», но торговавшими школьными партами эпохи шестидесятых и зелеными картотечными шкафами, задешево купленными на распродаже старой офисной мебели.

Костелло нервно провел рукой по волосам, но ничего не сказал.

— Ты спросил, не думаю ли я, что это сделал ты, — ответил Ребус на собственный вопрос.

— Сделал — что?

— Убил Филиппу Бальфур. «Вы думаете, что я ее убил?» — вот как ты сказал.

Костелло кивнул.

— Это ведь само собой напрашивалось, правда?… Особенно после того, как я признался, что мы поссорились.

Вот я и подумал, что меня могли заподозрить…

— Вынужден тебя огорчить, Дэвид, — тебя не просто заподозрили. На данный момент ты единственный подозреваемый.

— Вы действительно думаете, что с Флип что-то случилось?

— А тебе как кажется?

Несколько секунд они сидели молча, потом Костелло неожиданно спросил:

— Что вы, собственно, здесь делаете?

— Как я уже говорил, я зашел к тебе по пути домой. Тебе нравится Старый город?

— Да."

"— Но он совсем не похож на Нью-Таун.