Водопад

«Слишком много карманных денег и недостаток внимания» — так прокомментировал Макманус свое утверждение. Как узнал Ребус, под «не слишком примерным поведением» его ирландский коллега подразумевал пристрастие к дорогим спортивным автомобилям, многочисленные штрафы за превышение скорости и устные предупреждения в случаях, когда любой другой нарушитель оказался бы за решеткой. Драки в барах, разбитые стекла и изуродованные телефонные будки, минимум два эпизода «отправления естественных надобностей в общественном месте» (в том числе в полдень на О'Коннелл-бридж — подвиг, который произвел впечатление даже на Ребуса), но и это было еще не все.

К восемнадцати годам Дэвид Костелло уже был обладателем своеобразного рекорда, состоявшего в том, что его перестали пускать в такие пабы, как «Оленья голова», «Джи Гроханз», «Дэвид Бирнс», «О'Донахью», «Догени и Несбитт», «Шелбурн», и некоторые другие, общим числом одиннадцать. Примерно в то же время его тогдашняя подружка заявила в полицию, что Дэвид якобы ударил ее кулаком в лицо, когда они выходили из ночного клуба где-то на набережной Лейффи.

В этом месте Джилл подняла голову и вопросительно посмотрела на Ребуса.

— Девица была пьяна в зюзю и не смогла вспомнить название клуба, — пояснил тот. — В конце концов она забрала заявление.

— Думаешь, имела место передача денег из рук в руки?

Ребус пожал плечами.

— Лучше пойдем дальше.

Как сообщал Макманус, впоследствии Костелло существенно изменил свое поведение. Прощание с бурной юностью он приурочил к своему восемнадцатому дню рождения, во время празднования которого один из его приятелей попытался на спор перепрыгнуть с крыши одного здания на крышу другого, но сорвался и упал на мостовую.

Парень остался жив, но получил серьезнейшую черепно-мозговую травму и повредил позвоночник. В настоящее время он был беспомощным идиотом, требующим круглосуточного ухода. (Ребус невольно подумал о маленькой бутылке «Белл» в квартире Костелло. А он-то думал, что Дэвид не пьет!..)

«Для Дэвида происшествие с приятелем стало серьезным потрясением, — писал Макманус. — Он завязал со спиртным и стал вести себя более пристойно, иначе к настоящему времени он стал бы точной копией своего отца».

"

"В справедливости пословицы, что яблочко от яблони далеко не падает, можно было убедиться, прочтя несколько страниц, посвященных Костелло-старшему. Томас Костелло разбил вдребезги восемь автомобилей — ни больше ни меньше, — но при этом ухитрился сохранить в неприкосновенности свою водительскую лицензию. Его жена, Тереза Костелло, дважды вызывала полицию, чтобы утихомирить разбушевавшегося супруга. Оба раза патрульные обнаруживали ее запершейся в ванной комнате, дверь которой была искромсана кухонным ножом.