Водопад

Там, где столешница встречалась со стеной, были прикреплены кассетник и видеомагнитофон. На самом столе были нацарапаны имена Баклан, Дурик и Бомбовоз — это коротали время предыдущие «клиенты» полиции. На стене над столом висела исчерканная шариковой ручкой табличка «Не курить», а еще выше, под самым потолком, была укреплена видеокамера в ударопрочном корпусе, объектив которой был направлен вниз, на сидящих за столом.

Придвигая стул к столу, Ребус приложил все усилия, чтобы железные ножки произвели максимум шума. На стол он бросил пухлую папку, на обложке которой не было ни имени, ни фамилии, а только какой-то загадочный номер.

Его хорошо рассчитанная пантомима буквально загипнотизировала Альби, который, разумеется, не мог знать, что в папке лежит просто стопка чистой бумаги, позаимствованная Ребусом из лотка копировального аппарата.

Положив руку на папку, Ребус улыбнулся или, вернее, зловеще оскалился.

— Должно быть, это известие стало для вас настоящим потрясением… — Голос Шивон звучал сочувственно и мягко. — Кстати, я — констебль Кларк, а моего коллегу зовут инспектор Ребус, — представила она хранившего зловещее молчание Ребуса.

— Что-что? — испуганно переспросил Уинфилд. Лоб молодого человека блестел от испарины; короткие русые волосы потемнели и прилипли к коже, а на подбородке краснел небольшой прыщ.

— Я имею в виду известие о смерти Филиппы Бальфур, — продолжала Шивон самым безмятежным тоном. — Ведь вы испытали настоящий шок, не правда ли?

— Я… э-э-э… Да, конечно. — По тому, как Альберт произносил слова, его можно было принять за англичанина, но Ребус знал, что на самом деле это не так. Просто привилегированные частные школы к югу от Пограничья, которые молодой человек посещал чуть не с рождения, изгладили из его речи любые намеки на шотландские корни.

Его отец был бизнесменом и проводил большую часть времени в Гонконге; три года назад он вернулся в страну и вскоре развелся с матерью Альберта, которая все это время жила в Пертшире.

— Значит, вы хорошо ее знали?

Альберт Уинфилд повернулся к Шивон.

— Да, можно сказать и так, хотя… Флип больше дружила с Камиллой; я-то общался с ней лишь постольку-поскольку…

— Камилла — это ваша девушка? — уточнила Шивон.

— Иностранка? — неожиданно рявкнул Ребус.

— Нет… — Взгляд молодого человека метнулся к Ребусу, но только на мгновение. В следующую секунду он уже снова смотрел на Шивон. — Она из… из Стаффордшира.

— Ну, это все равно что иностранка, — буркнул Ребус, и Шивон бросила на него предостерегающий взгляд, боясь, как бы он не перегнул палку. Ребус подмигнул в ответ, воспользовавшись тем, что Уинфилд смотрел в стол.

— Душно здесь, не правда ли, Альби?… Ведь ты разрешишь мне тебя так называть? — продолжила Шивон.