Водопад

Джин взяла со стопки книг рядом какую-то фотографию. На ней была изображена женщина средних лет, одетая как для официального приема.

— Это ваша жена? — спросила она.

— Да, моя дорогая Энн. Она умерла летом семьдесят второго. От естественных причин, уверяю вас…

Джин посмотрела на него.

— Зачем это вам понадобилось меня уверять?

Улыбка Девлина погасла.

— Энн… Она значила для меня очень много… буквально все. — Он с легким хлопком сложил руки перед грудью. — Ох, о чем я только думаю! Хорош хозяин — даже не предложить гостье чаю!.. Или вы предпочитаете что-нибудь покрепче?

— Спасибо, чая будет достаточно.

— К сожалению, чай у меня не бог весть какой — завариваю из пакетиков… — На его лице снова появилась улыбка, но теперь она казалась какой-то деревянной.

— Вы разрешите мне взглянуть на стол Ловелла?

— Разумеется. Он у меня в столовой. Я приобрел его у одной уважаемой антикварной фирмы, которая пользуется безупречной репутацией. Правда, в данном случае они, кажется, испытывали некоторые сомнения относительно его происхождения — caveat emptor[27], как говорят в подобных случаях, однако они были настойчивы, к тому же в моем случае речь шла об обращении верующего. — Профессор снял очки и принялся протирать их носовым платком. Когда он снова их надел, его глаза за толстыми стеклами показались Джин неожиданно большими.

— Кажется, мы остановились на чае, — спохватился Девлин и направился в коридор. Джин шла за ним.

— Вы давно здесь живете? — спросила она.

— С тех пор, как умерла Энн."

"— То есть уже почти тридцать лет? — уточнила Джин.

— Да, почти тридцать. Мне пришлось переехать — в нашем старом доме было слишком много вещей, которые напоминали бы мне о ней. — Профессор исчез в кухне. — Чай будет готов через пять минут, — услышала Джин его голос.

— Заранее спасибо, профессор. — Джин повернулась и двинулась обратно в гостиную. По правую руку она увидела открытую дверь — это и была столовая. Стол занимал почти всю площадь комнаты. На столешнице лежала законченная головоломка: фотография Эдинбурга с птичьего полета. Нет, не совсем законченная — одного фрагмента не хватало.

Джин вошла в столовую. Стол показался ей довольно незатейливым. Гладкая, полированная столешница, массивные толстые ножки почти без резьбы. Чисто утилитарная вещь, подумала она.

Потом ее внимание снова привлекла головоломка. Чтобы собрать ее целиком, обычному человеку могло потребоваться много часов или даже дней. А вот и недостающий фрагмент — завалился под ножку, где его совсем не было видно. Присев на корточки и протянув к нему руку, Джин вдруг увидела, что стол был не таким простым, как ей показалось вначале.