Воин-Врач II

И князь, после приветствий и объятий, от души поблагодарил одноглазого старика за то, что они с безногим не стали дразнить гусей и остановились на нейтральном названии, обойдясь без стрел и секир, молотов, посохов и плугов Старых Богов.

— Ну уж вовсе-то за дурней дремучих нас не держи, княже, — хмыкнул Буривой, разглаживая на груди чёрно-зелёную ткань с причудливой вязью из белых букв «Л», логотипом его отряда-команды. Которые при желании и определённой доле фантазии легко можно было принять за один из символов Велеса.

— Вас недооценивать — самому дураком быть, — в тон ответил Чародей. — От лютичей и ободритов весточку получил, спасибо. Но древлянская, думаю, получше была, и для меня, и для тебя, и для них.

— Откуда знаешь, что и я с того что-то выгадал? — насторожился волхв.

— Ну так я ж вас вовсе-то за дурней дремучих не держу, — широко улыбнулся Всеслав.

А Буривой, сощурившись было подозрительно, вдруг тоже расплылся в улыбке и хлопнул князя по плечу.

— А ведь купил! Купил старика! Ты глянь на него, Яр — лис самый что ни на есть, и даром, что волк!

— А кому бы другому по силам было такое ещё измыслить да сотворить? — Юрий явно был доволен и учеником, и собой, и ситуацией.

В «правительственной ложе» сидели бок о бок патриарх, верховный жрец, митрополит, родовитые бояре, полоцкий волхв, храбрые воины и несколько торговых людей из лучших, тех, что попали в эту часть трибуны не за деньги, а по совести. Тот самый Тихон, торговец мясом и, как выяснилось, мясопромышленник, сперва было озирался тоскливо, но когда боярин рядом разглядел на нём бело-синий шарф «Стражей» и протянул раскрытую ладонь — чуть приободрился. После стаканчика горячего вина с мёдом и пряностями они уже хором орали кричалки своего отряда. Вот никогда бы не подумал, что фанатская культура такая адаптивная и настолько привязчивая. Наверное, что-то инстинктивное в ней есть, нутряное."

"Между митрополитом черниговским и рязанским и Радомиром-боярином сидела княгиня Ода. От вчерашней «белокурой бестии» в ней не осталось, наверное, ничего. О чём уж там беседовали с ней Иван с Неофитом, Чародей у них не выспрашивал, да и времени-то поговорить толком не было. Но на немке была простая, хоть и тёплая одежда, а на голове глухой тёмный платок, повязанный как и до́лжно замужней женщине. Нос выглядел так, будто она недавно что-то не поделила со вспыльчивым и скорым на руку боксёром без лишних морально-этических ограничений, свойственных людям будущего. Иссиня-фиолетовые пятна под обоими глазами образ только подчёркивали. Среди разодетых в пух и прах болельщиков первого эшелона она выглядела, как бродяга-бичовка, затесавшаяся сюда по преступному недосмотру охраны. На Всеслава глаз не поднимала, даже едва слышно поздоровавшись дрожащим голосом.