Война за Проливы. Решающий удар

Тем более что на данный момент у власти в Будапеште находился так называемый «компромиссный кабинет», составленный из представителей национальных конституционалистов, радикальных сторонников независимости и клерикалов. А это еще тот террариум: загрызть тут могут по любому, даже самому незначащему вопросу. Национальная революция 1848 года, жестоко подавленная сатрапами царя Николая Первого, считалась в этих кругах эпохальным событием венгерской истории – и борцы за венгерскую независимость, примирившись в рамках личной унии с австрийским государством, ничего не забыли и не простили России, которая их жестко нагнула и оскорбила действием…

Все эти партии, как бы они ни назывались, представляли интересы аристократов, крупных помещиков и отчасти капиталистов, которые и составляли правящий класс в венгерском королевстве. Все свои надежды они связывали с молодым императором Францем Фердинандом, который намеревался расширить и углубить венгерскую автономию в составе единого государства и в то же самое время не отрывать Венгрию от имперской сиськи. Народ для этих деятелей, несмотря на заявляемую ими либеральность, демократичность и конституционность, являлся не более чем питательной средой, из которой они тянули свои соки. Это народ должен был гнуть спину на полях, фабриках и заводах, народ должен был умирать с винтовкой в руке на полях сражений, народ должен был со стоическим терпением переносить все, что взвалят на него господа из правительства. И при этом народ был лишен элементарных возможностей повлиять на происходящее, поскольку в Венгрии избирательное право даже для мужчин было далеко не всеобщим и отсекало от выборов самую многочисленную и малообеспеченную часть общества.

Но сам народ, до того безмолвствовавший, имел по этому вопросу свое, особое мнение, выражаемое через посредство непарламентской социал-демократической партии Венгрии. А непарламентской, хоть и не запрещенной, эта партия была потому, что основной ее электорат отсекался от избирательного процесса имущественным цензом. И хоть венгерские социал-демократы были весьма рептильной организацией, не ставящей никаких эпохальных задач и сосредоточившейся на завоевании того самого всеобщего избирательного права, внутри нее зрели зерна здорового радикализма, посеянные агентами Кремля (то есть, простите, Зимнего Дворца). Товарищи Ленин и Джугашвили, несмотря на то, что пошли на сотрудничество с царским режимом, имели в социал-демократической среде достаточно высокий авторитет, а некоторые круги этой самой социал-демократии так и вообще смотрели им в рот.