Волчья песнь

Даже если и стал теперь чем-то гораздо большим, чем раньше… это все равно не то же самое.

— Ты с ним говорила? — сердце бешено колотилось в груди.

— Нет, — печально ответила она. — Не говорила. Ни с кем из них. Ты бы знал, если бы было иначе. Окс, я понимаю, почему он поступил именно так, даже если и не согласна с ним. Потерять одного из родителей — ужаснейшее испытание. Как тебе самому прекрасно известно. И я ни в коем случае не умаляю твою потерю, но Джо лишился не просто отца. Он лишился еще и своего Альфы. А после ему пришлось раньше положенного взвалить на себя те обязанности, к выполнению которых он полагал будет еще долго готовиться.

— Дело ведь не в том, что так правильно, — сказал я ей. — Речь идет о мести. Ты хотя бы пыталась остановить его?

Элизабет выглядела так, будто я дал ей пощечину и это был единственный ответ, который мне требовался.

— Послушай…

— А как бы поступил ты? — вдруг спросила она. — Если бы у тебя появился шанс все исправить, но ты проигнорировал его, зная при этом, что твое бездействие причиняет страдания другим.

В ее голосе не было осуждения, лишь любопытство.

— Я бы поставил интересы стаи на первое место, — честно признался я.

 — Даже если бы был зол, и даже если бы больше всего на свете мне хотелось видеть Ричарда Коллинза мертвым, я бы сохранил стаю целой. Чтобы защитить их. Чтобы уберечь. И как только все немного утряслось бы и пришло в норму, мы приняли бы решение. Все вместе. Вот чему научил меня Томас. Он всегда говорил, что стая превыше всего.

Элизабет слегка улыбнулась.

— Он любил тебя, — произнесла она. — Томас. Очень любил. Как и все мы. А Джо сильнее всех. Не знаю, понимаешь ли ты это, Окснард, но ты нужен нам. Даже больше, чем можешь себе представить.

"

"В глазах запекло и сильнее всего на свете хотелось, чтобы ее слова оказались правдой.

— А как быть с тем, что нужно мне? — спросил я ее.

— Мы нужны тебе так же, как и ты нам.

— Мне нужен он.

— Я знаю.

— Им следует вернуться.

— Я знаю.

— Случится ли это вообще когда-нибудь?

Элизабет коротко коснулась моей руки.

— Они вернутся. Когда смогут.

Этого было недостаточно, но я знал, что большего она мне пообещать не может.

— Пойдем… — позвала она.

Внезапно у меня зазвонил телефон.

В тишине леса это прозвучало ужасающе громко.

— Извини, — пробормотал я. И на краткий миг сердце в груди ёкнуло, потому что я был уверен, что это он. Это Джо, и сейчас он скажет, что ему очень жаль, что он никогда не собирался уезжать так надолго, что он возвращается домой, что он больше никогда не бросит меня, и все будет хорошо.

Нащупав в кармане, я вытащил телефон. Экран ярко светился в темноте, слепя глаза, и я не мог разглядеть, не мог…

— Да, — прохрипел я. — Джо, это…

— Окс? — на том конце кто-то плакал. — Окс. Они… мне больно, Окс.

Не Джо.