Волчья песнь

В ноябре Картер встречался с девушкой по имени Одри, она была милой, хорошенькой и хрипловато смеялась. Любила выпить и потанцевать, а потом в один прекрасный день перестала появляться. Картер пожал плечами и сказал, что это было не всерьез. Просто развлечение.

В декабре выпал снег, и я бегал вместе с волками, пока он сыпал с неба, зимняя луна сияла над головой, пар изо рта тянулся следом за мной, когда стая выла вокруг меня свои песни.

В январе в дом Беннетов пришел человек и долго беседовал с Томасом в его кабинете. Он был высоким с проницательными глазами и двигался как волк.

Звали его Осмонд, и когда он уже уходил поздно вечером, то остановился напротив меня и сказал:

— Человек, да? Ну что ж, полагаю, каждому свое…

Его глаза вспыхнули оранжевым. А потом он ушел, и я всерьез подумывал о том, чтобы швырнуть ему в затылок кружку с чаем.

В феврале молодой человек провожал Джо домой из школы. Джо казался растерянным, но не прогонял его. Они были ровесниками, звали его Фрэнки, невысокий, черноволосый, с огромными карими глазами, которые неотступно следили за Джо. Он побаивался меня, и Джо это очень забавляло. Как-то посреди месяца я вошел к нему в комнату и застал их, когда Фрэнки склонился и поцеловал Джо в губы.

Джо замер. Я замер тоже, но лишь на миг, прежде чем выйти из комнаты и бесшумно прикрыть за собой дверь. Затем тихонько улыбнулся про себя, в то время как какое-то странное змеящееся чувство свернулось у меня внутри. Я ушел, надеясь, что он счастлив. Этот маленький узелок внутри так и не исчез, но я научился не обращать на него внимания.

Был март, когда в три часа ночи Джо постучал в дверь с криком:

— Окс, Окс, Окс!

Я запаниковал, схватил монтировку и велел маме оставаться в своей комнате.

Она уже успела вытащить кинжал, и я остановился, чтобы сказать, что она круто выглядит. Мама закатила глаза и отправила посмотреть, что случилось.

Я открыл дверь и Джо выпалил:

— Окс…

Он не пострадал. Крови не было. Никто его не преследовал. Он был в порядке. Физически. Но это не имело значения. Я притянул Джо ближе, его руки запутались в моих волосах, и он вздрогнул, когда прижался ко мне.

— Что случилось?

— Фрэнки, — произнес он, и я поразился своим сердцу и разуму, когда вдруг начал замышлять смерть семнадцатилетнего парнишки, который любил арахисовое масло и мультики.

Я поклялся себе, если тот причинил вред Джо, от него не останется и мокрого места.

— Что он сделал?

— Ничего, — ответил Джо. — Он ничего не сделал.

— Тогда в чем дело?

— Ты придурок! — выкрикнул Джо, отстраняясь.

— Что? — переспросил я, потому что… что?"

"— Посмотри на меня, — потребовал он.

Я смотрел. Поскольку и так всегда это делал.

— Что ты видишь?

— Джо… — растерялся я. — Я вижу тебя.

Может, слегка помятого. С мешками под глазами.