Волчья тропа

Пенелопа мне даже не посочувствовала и вообще отказывалась со мной разговаривать, пока я не умылась в корыте для лошадей.

У нее теперь была добротная куртка, которую она где-то нафлиртовала, и крепкие ботинки. В общем, можно не бояться, что ее ветром унесет. Я потратила почти все монеты, доставшиеся от Колби, и Пенелопа наградила меня взглядом, от которого и камень бы расплавился, однако на завтрак нам хватило. Почти всю порцию хэша из солонины с бобами чили, взятую на двоих, съела Пенелопа. Оказалось, что аппетит у нее хоть куда, если не приходится жареных белок обгладывать, а мой желудок как раз бунтовал.

"

"Мы не стали возвращаться в охотничью хижину. Зачем? Все вещи мы оттуда забрали, да и Волк вряд ли там меня ждал. Пенелопа взяла у клерка карту, на которой жирно обвела карандашом участок моих родителей, так что мы знали, куда идем. Если честно, намного спокойнее следовать линии на карте, чем полагаться только на ум и чутье.

– Ты бы нам пару кроликов поймала, – сказала Пенелопа, когда мы шли на север через Халвестон.

Я пообещала, раскаиваясь в том, что потратила все наши деньги. Мало того что гордость была задета, так еще и голова раскалывалась.

Халвестон уже начал просыпаться. В ушах звенели крики лоточников, внутренности хлюпали при каждом шаге, а рот наполнялся слюной и жгучей желчью. Так вот что такое выпивка… Черт! Я без конца твердила Пенелопе, чтобы она меня больше не подпускала к бутылке. На десятый раз она рявкнула, что разобьет мне ее о голову, если я не заткнусь.

По дороге из Халвестона я заметила хорька Билкера и презрительно ему кивнула. Он стоял с таким видом, как будто ему губы рыболовным крючком проткнули. Такой за нами не пойдет; мы уже далеко будем, когда он решится распустить хвост.

Не люблю я дороги, от них сплошные проблемы. Поэтому где-то через полмили мы свернули в лес. Линия на карте уходила на запад, подальше от воронок и бедствий дальнего севера. Сколько бы там ни было золота – оно того не стоило. Я не хотела смотреть на израненную землю и слушать, как она стонет, доверяя свои страдания ветру. Может, однажды я посещу те места, чтобы извиниться за все несчастья, которые принесли люди. Но я люблю жизнь. Я хочу, чтобы рядом со мной были Пенелопа, мои родители и Волк.

Мне нужны деревья, звери, ягоды и папоротник.

Лес был прекрасен. Красные сосны здесь не росли, однако куда ни глянь – везде увидишь черно-белые канадские ели и альпийские пихты. Камни были покрыты мхом, стволы оплетал плющ. В густой чаще весь день стоял туман. Пахло свежестью и теплом, словно в первые дни весны, хотя лето уже подбиралось к середине. Нас окружали оживленная болтовня белок и стрекотание сверчков, следы лосей и оленей на оленьих тропах. И никаких признаков человека.