Волчья тропа

Конечно, лучше, когда они еще живые и дергаются, однако этот парень был еще теплым, а здесь, на холодном севере, это означало, что он совсем свежий, вроде как я убила его собственной рукой. Я высвободила зверька из ловушки, чтобы кровь не привлекла хищников… и тут услышала крик.

А потом кто-то позвал меня по имени.

Я сорвалась с места.

Кролика я не выпустила – зачем портить хорошую еду. Может, девчонке просто дурной сон приснился.

Однако мчалась я, словно за мной стая чертовых волков гналась. Видела, как они мелькают между деревьев, скачут через поваленные стволы, перепрыгивают болотца и поджидают на другой стороне, если я отстаю.

Они не гнались за мной, они бежали вместе со мной. Эти волки были моим страхом и тревогой. Моим сердцем и душой, зубами и когтями.

Я выбежала из леса прямо напротив хижины. Крики стихли. Волки выли, прячась в тени деревьев, говорили мне: «Защищай свою стаю, защищай свою территорию».

Я вытащила нож и подкралась поближе. Через окно ничего видно не было. Пенелопа занавесила его на ночь – не нравился ей лунный свет. Как я ее за это сейчас проклинала!.. Я осторожно положила кролика на крыльцо.

В хижине скрипнула половица.

От бега я разогрелась, ладони вспотели, и рукоятка ножа стала скользкой. Я слушала лишь свое судорожно колотящееся сердце и то, что происходило внутри хижины. Все остальные звуки, пение птиц и журчание реки вроде как выключились.

Я тихонько двинулась в обход, стараясь не дышать.

Крест на маминой могиле покосился. Я выпрямила его. Следы на земле не принадлежали ни мне, ни Пенелопе. Отпечатки ботинок, размер чуть больше моего.

Я выдохнула. Не Крегар.

Лошадей тоже не видно, значит, не Лайон.

Я подкралась к задней стенке дома.

Тяжелые шаги. Мужские. Сквозь бревенчатую стену донесся гневный, но испуганный голос Пенелопы:

– Не имеете права!

Ответа я не услышала – слова увязли в клочьях мха между бревнами.

Стук сердца превратился в барабанный бой. В доме мужчина, и нужно выманить его оттуда как медведя из норы. Соблазнить угощением или напугать – так сейчас будет вернее.

Я вернулась назад, под покров деревьев, спряталась за ними, а волки уселись вокруг меня, придавая сил моему голосу.

– Пенелопа, разжигай огонь, – крикнула я.

Ответа не было.

Дверь не открылась.

– Черт, женщина, ты еще спишь?

Тишина.

Я подошла поближе, все еще прячась за деревьями, и вновь позвала ее.

Занавеска на окне шевельнулась, но из дома никто не вышел."

"Из хижины другого выхода не было, и если они не появятся, значит, мне придется зайти, вот только в природе есть правило – никогда не суйся к медведю в берлогу.

– Пенелопа! – завопила я, остановившись на полпути между хижиной и лесом. – Просыпайся!

– Элка, – крикнула она, и в ее голосе я не услышала ни страха, ни паники.