Волчья тропа

Далеко на севере зарождалась буря.

– Как ты это сделаешь? – спросила Лайон.

Я покачала головой.

– Сперва договоримся. Если я выведу вас на Крегара, вы оставите меня в покое. Снимете все портреты и перестанете за мной гоняться. Вы получаете Крегара, я – свободу.

Она вдруг сорвалась с места – быстро и неожиданно.

– Ты помогала ему?

– Я не знаю, о чем… – начала я, и тут Лайон положила руку на револьвер.

– Ты знала, что он делает? – Она подошла ко мне почти вплотную, но оружие не достала. – Ты помогала их разделывать?

В голове замельтешили картинки.

Олень на разделочном столе превратился в женщину, в Мисси, потом вновь в оленя.

Шкуры, растянутые на рамах для просушки, замерцали, и шерсть вдруг сделалась розовой кожей. Кости и черепа меняли форму. Вновь вспомнился сон о светловолосом мальчике, плачущем на лугу.

Я отмахнулась от этих мыслей, покачала головой, чтобы прогнать их прочь.

– Нет.

Но я знала, моя темная половина всегда знала об этом. Я заперла эти воспоминания и выбросила ключи, но теперь двери в моем мозгу слетели с петель. Все, кроме одной.

Лайон схватила меня за руки, заставила смотреть прямо в глаза.

Я ей позволила. Отбиваться не было сил. Меня затягивало во тьму открывшихся дверей, назад в те дни, что я провела в лесу рядом с человеком, которого называла папой.

– Ты их тоже ела?!

Мои внутренности превратились в лед. Перед глазами стояла картина – я нарезаю мясо на тонкие кусочки и вешаю в коптильне.

Лучшее копченое мясо на всем белом свете.

Такая же, как он

ЛАЙОН ДАЛА МНЕ ХЛЕБНУТЬ из фляжки и села рядом на крыльцо. Я не могла отвести взгляда от лужи блевотины на траве."

"– Ты долго с ним жила?

– Мне было семь, когда он нашел меня в лесу.

Нет, добрей она не стала, но что-то в ней изменилось. Вроде как лед растаял. Видать, поверила, что я не знала.

Мы сидели и молчали, а я смотрела, как с севера медленно надвигаются тучи. Судя по цвету, они несли с собой снег.

Наконец Лайон вздохнула.

– Если достанешь мне Холлета – будем в расчете. Я не стану тебя преследовать.

А я взглянула на нее, и мне показалось, что фарфоровая статуя вдруг потеплела.

– А как насчет Билкера?

Она покосилась на солнце.

– Он зашел на чужую территорию.

Значит, Лайон не будет больше о нем вспоминать. В первый раз за этот год я почувствовала, что свободна.

Детали моего плана мы обсуждать не стали, да и нечего было обсуждать. Я просто сказала ей, чтобы она оставалась в Такете, держала револьвер заряженным, а лошадей оседланными.

– Будьте начеку. Крегара так просто не поймать.

На самом деле я понятия не имела, с чего начинать. Он был тенью среди деревьев, так же как и я, и останется тенью, пока сам не захочет выйти. Я сказала об этом Лайон, а она ответила, что будет ждать сколько понадобится.

Я ясно видела ее отчаяние.