Воронка второго шанса
Драгомиру — одному из верховных волхов, Ведающему, — не пристало ошибаться. Он уже сделал это однажды, полюбив ту, что выбрала не его. На сей раз цена ошибки может быть такова, что жизнь всех жителей княжества окажется на кону. Зло идет по пятам, пощады не будет. Что выбрать — силу, древний закон или чувства?
Запрещал Драгомир силу показывать, вдалбливал в ее голову бестолковую. Выходит — зря.
— Так этому тебя волхв учит, когда увозит самолично? А девки чего только не придумали, шептались про ерунду всякую. Выходит — восприемника Ведающий готовит?
— Это как?
— Я слыхала, что волхв, прежде чем уйти в мир иной али жениться, находит того, кто после него будет. Ему силу свою передает и землю, за которой смотрит. Да только мужским богам волхвы служат, а женским — там Макоши или Ладе — только женщины. А ты как же, ведь Драгомир — волхв Велеса?
— Да не готовит он меня никуда! Сама посуди, какой из меня волхв? И сам Драгомир молодой еще, чтобы помирать.
— Чудно, право слово, — изумленно покачала Лина головой.
— Не выдавай меня только. Иначе мне влетит, сама знаешь как.
— А ты покажешь, что еще умеешь?
— Не умею я еще ничего толком. Учусь пока. Запомни, Лина — никому не слова, — девушка с силой сжала ладонь рыженькой.
— Все-все, молчу, как крада.
— Кто?
— Не кто, а что. Костер погребальный так называют.
— Пусть так. Главное — молчи.
— Поняла. Лучше на кухню сбегаю, съестным разживусь.
— Кого? Бабайки из-под лавки? — рассмеялась Лера, — сходи, а то желудок волком воет.
— Жди, я мигом. Только засов закрой. Я тебе постучу условно: два потом три. Идет?
Резвой белкой метнулась девочка, вернувшись с завернутым в полотенце пирогом и кувшином напитка.
— Токмо кружек нет, — извинилась доставщица.
— Еда — главное. Садись быстрее
Достав засапожный кинжал, Лина аккуратно разрезала сладкий пирог. В комнате наступила тишина, обе активно работали челюстями, не до разговоров было. Утолив первый голод, Лера с любопытством повертела головой.
— А чьи это комнаты? Хозяин нас тут не застукает?
— Так это командира хоромы, — пояснила девочка, — Яра тут жила, когда к нам приехала.
Вот как? «Приехала» — это значит попала сюда из нашего с ней мира.
— И как? Не боялась она?
— Яра? Боялась? — рассмеялась ученица, — это ее весь Миргород боялся, когда она в город выходить начала.
Оно и понятно. Если уж от учениц самые отпетые в городе драчуны шарахаются, то командиру рысей сам черт не брат.
— Здорово. Я бы тоже хотела… как она…
— Мы все хотим, как она. Да только одна она такая. И не повторить совсем. А мне командир жизнь спасла. Если бы не она, я бы на улице пропала.
— Ты беспризорничала?
— Ага. На улице оказалась, пришлось по-всякому крутиться, чтоб с голоду не помереть. Она меня и брать-то на отборе не хотела. Я ж совсем мелкая была, тщедушная. Так я ей в ноги бросилась, умоляла, всеми Богами заклинала, что все делать буду.

















