Воронка второго шанса

Воевода, кивнув, удалился, а к Яре подошел знатный боярин Морозов, городской посадник и глава борской думы. Седовласый мужчина был в расшитой шубе да шапке с высоким верхом. Как оно у бояр положено.

— Мирята Веденееич, все у тебя готово?

— Так и не расходился ж никто, Ярушка. Как прознали про сие посольство, так даже хворые расходиться отказались. Ой, не к добру это, носом чую.

— Посмотрим. Не причитай раньше времени. Кто с ними будет говорить?

— Так я и буду. Кому ж еще это доверить? — удивился посадник.

— Хорошо, я подсоблю ежели что. Про среднего сына кагана что известно?

— Звать Байрат.

Он не наследник, потому грамоту не жалует. Предпочитает охоту и войну.

— Женат?

— В прошлом годе померла супружница. Бездетная. Сказывают за то серчал на него каган. Навроде как примета дурная. Еще поговаривали, что не особо его правитель ценит, часто отсылает на самые дальние рубежи.

— Серчает и тем не менее прислал главой посольства. Странно, — покачала головой Яра.

Меж тем ситуация стремительно развивалась. Вошли бояре, наиболее важные и приближенные. Старались перещеголять друг друга нарядами, чтобы князя своего честь по чести встретить, а вот оно как выходит — басурмане внезапно нагрянули.

Расселись знатные люди по лавкам, каждый место свое знает. Как порядок установлен так его и блюсти надо. Степенные мужчины тихо переговаривались, запуская пальцы в длинные холеные бороды. Особого регламента носить бороду или стричь — не было, но бояре считали, что им без бород — невместно, иначе — несолидно выходит. Хотя на безбородого князя никто косо смотреть не смел.

Молодые дружинники сплошь из Яриных волчат, как наиболее обученные, стояли вдоль стен до середины зала, демонстрируя, что далее гостям идти нельзя.

Опосля начинались лавки с боярами и далее — ступени к княжескому трону.

Велеслав вошел в зал стремительно, сияя дорогим венцом в темных волосах. Золотой медальон на толстой цепи спускался с шеи до середины груди. Ярко-синий бархатный камзол, густо расшитый золотой нитью, застегнут наглухо, до высокого воротника-стойки, добавляет еще больше высокомерия и без того холодному красивому лицу. Богато украшенные ножны церемониального меча князь придерживал привычно, как бывалый воин.

Окинул зал внимательно, по лицам присутствующих пробежался глазами. Тяжел взгляд правителя, некоторые бояре головы опустили, чуя за собой вину, про которую — а вдруг? уже и известно стало.

Перстни на пальцах свернули, едва князь сел на трон и положил руки на подлокотники. Следом вошел Драгомир и княгиня Дивляна. С поклоном приблизился глава бояр — Мирята Веденеич. Встали приближенные вкруг его трона. Яра, осмотрев еще раз зал, шепнула что-то на ухо волхву и выскользнула из зала.