Воронка второго шанса

А мыши все не было. Странно. Не случилось ли чего? Встал и выглянул в окно — ничего не было видно. Мелькнула было радостная мысль — что отбросила копытца и одной проблемой меньше, но тут уж взвыла совесть. Огневка в его доме! И он дал слово Яре.

Накинув на плечи плащ, ибо к ночи уже подмораживало, вышел из дому и добежал до бани. Рывком открыл дверь: сначала в предбанник, потом — в парилку. Вот идиотка!

Девушка, изогнувшись, улеглась в лохань — и уснула! И сейчас лежала в совершенно остывшей воде. Он подошел и потряс ее за плечо, довольно грубо:

— Вставай немедленно!

Вместо ответа она пробурчала что-то неразборчивое и еще глубже провалилась в сон.

Да чтоб тебя! Макнуть бы эту белобрысую голову в воду минут на несколько. Так ведь слово данное держит, хуже ярма на шее.

Драгомир схватил с лавки сложенный кусок ткани, который она собиралась использовать в качестве полотенца. Выудил недоутопленницу из воды и, ругаясь под нос, начал аккуратно растирать худенькое тело. Казалось чуть сильнее сожмешь — и переломится. Лера протестующе замычала, но в поисках тепла неожиданно обняла за шею и уткнулась в него носом.

Пустив по рукам силу, начал согревать дрожащую девушку. Это где же он настолько накосячил — что ему боги такое наказание послали⁈ Согреваясь, огневка чуть расслабилась. Драгомир сорвал себя плащ, замотал ее как следует и бегом понес в дом.

И спит же, зараза, не просыпается! Ни грамма раскаяния. Занес свою ношу в спальню. Как бы то ни было — одеть надо. Поискал глазами. Куда она свою ночную рубашку дела? С девушкой на руках искать было сложно. Нехотя уложил ее на свою постель. Заглянул на печь, где она спала прошлую ночь. Одеяло было аккуратно сложено в ногах. Где еще-то? Подушка? Приподнял — точно. Стыдливо, как школьница, припрятала свое ночное одеяние. Что за монашеские замашки? Для кого старается играть роль пай-девочки? Ему-то до лампочки, даже если она каждый день начнет на новом мужике скакать. Как у себя привыкла. Первокурсницы, да без присмотра со стороны взрослых — это самые отбитые на голову.

Тряхнул головой, отгоняя воспоминания о «том» мире. Не время. Прихватив ночнушку, вернулся к постели. На лице появилась гримаса неудовольствия от предстоящего. Развернул плащ. М-да… без белья это было еще более душераздирающее зрелище — как говорил небезызвестный ослик. Торчало все, что могло — тазовые косточки, ребра, ключицы… даже изящная талия и неплохая грудь в районе твердой двоечки не спасала ситуацию. Какое уж тут желание? Покормить только если… То ли дело его сегодняшняя пассия — крутые полные бедра, крупная тяжелая грудь и жадные до ласк губы…

Аккуратно и быстро натянул на спящую ночную рубашку. Подхватив легкую, как перышко девушку, уложил на теплую печь и укрыл сверху одеялом.