Воронка второго шанса

Драгомир и так был не особо добр, но увидев измывательство над своими подопечными, взъярился еще больше.

— Зачем пожаловали, неуважаемые? — взмахом руки мгновенно освободил птицу и лису. Рыжая рванула с поляны со всех ног, а вот орел, тяжело махая крыльями, взлетел на ближайшую ель, собираясь помочь волхву. Гордая птица явно желала отомстить обидчикам."

"— У нас свое дело, белоголовый! — крикнул, тот, что с бубном. Этот был видимо постарше «должностью». Меха на нем были роскошнее, золотая тамга на шее — знак особых прав для выполнения особого задания. Но не из главных — нет на лице черных татуировок, имитирующих человеческий череп.

Середнячок, что пытается выслужиться, оттого и наглый до бесстрашия. В отличие от него один из младших, истошно взвизгнув, бросился наутек с поляны, но волхв с удовольствием подхватил его и швырнул о ближайший ствол дерева. После глухого удара неудачливый беглец скатился кулем на землю. Второй пришлый опасливо отошел за спину «парламентера».

— Не заставляй меня повторять вопрос. Зачем вы на моей земле? И как посмели трогать моих зверей?

— Ты нам ничего не сделаешь! Вы волхвы — не убиваете! Вам запрещено.

— Хочешь проверить на себе что я могу, а что нет? — усмехнулся волхв, призывая силу заискриться меж пальцев. В руке появился сияющий клинок.

— Постой! Давай мы сейчас просто уйдем и все!

— А я сейчас просто освобожу мишку. И он с удовольствием вас проводит. Хочешь?

— Мы — шаманы! Наша жизнь священна! — говорящий высокомерно вздернул подбородок.

— В твоем стойбище — да. Судя по тамге у тебя на шее — ты шаман культа Хеша, бога смерти? Что здесь надо тебе и твоему темному богу?

— Наш бог приказал. И мы должны выполнить его волю, — глаза шамана загорелись фанатичным безумием, лицо посерело и стало напоминать маску.

— И что же приказал тебе твой бог? — обманчиво-мягко спросил Драгомир.

Шаман часто задышал, зрачки неестественно расширились. Он взмахнул руками и попытался ударить. Глупо и предсказуемо. Черный смертоносный сгусток вышел откровенно бледным — это была не его земля. И силенок даже после жертвоприношения у него было маловато, видимо в ритуал основательно вложились все трое. А старший отдал больше остальных. Драгомир поднял его в воздух метра на два и нарочито медленно притянул к себе.

— Говори. Иначе умирать будешь долго и мучительно. Как и любит твой бог.

Шаман захрипел, забился в невидимых тисках, но силы были неравны. Лес щедро делился со своим волхвом силой. Да и сам Ведающий был далеко не слабым.

— Я… отпусти… скажу…

Едва Драгомир чуть ослабил хватку, не опуская, впрочем, шамана на землю, тот судорожно задышал, пытаясь успокоиться.

— Говори. Я не намерен долго ждать, — сила рвалась из его, стремясь уничтожить источник заразы.