Воронка второго шанса

А вот письменную работу оставила напоследок. Очень уж сложным был валорский язык. Да еще и словообразование в нем строилось через суффиксы, которые прибавлялись и прибавлялись. Делая короткое слово, в зависимости от смысла, непроизносимой гусеницей-сороконожкой. Вот уж где она плавала! Благо дело одолженные у девчонок тетради были существенным подспорьем, иначе догнать класс, изучавший этот язык уже три года — было нереально. Еще одним существенным подспорьем была Смиренка, которая зубрила этот язык с таким остервенением, что он не мог не поддаться.

Лера корпела над заданием, решив сначала написать черновик, а потом уже переписать его начисто, разве только с кляксами.

Вот тут никакие шпаргалки и конспекты не помогали. Это пернатое приспособление, словно в насмешку, расставляло уродливые черные пятна, где вздумается. Особенно предпочитая середину страницы.

— Ты тут? — в кабинет заглянула Яра, — значит, Драг еще не вернулся?

— Нет. Он сказал, что возможно задержится. Ему куда-то далеко сегодня нужно.

— О, прогресс! Ворчун начал делиться своими планами, — усмехнулась воительница, присаживаясь на стол, — держи это тебе, — она протянула что-то замотанное в расшитый рушник.

— Что там?

— Не знаю. Меня просили передать."

"Лера, как и все девочки, была любопытна. Немедленно цапнула сверток и торопливо размотала ткань. Внутри лежал красивый пряник, по краю которого шла глазурь в виде снежинок.

— Это Добрыня! — просияла девушка.

— Как догадалась?

— Он меня снежинкой зовет. А тут на прянике они и нарисованы. Как неожиданно.

— Судя по радости, подарок понравился?

— Красивый, — осторожно погладила ткань, расшитую яркими цветами, — даже есть жалко.

— А как тебе сам Добрыня?

— Как пряник, — улыбнулась девушка. — тоже красивый.

— Может это конечно не мое дело. Но я, Лера, несу за тебя ответственность…

— Мне уже сказали, что он — бабник. Но любоваться-то им можно? — жалостливо вздохнула девушка

— Даже не буду спрашивать, кто сказал. Но от «любоваться» можно очень быстро перейти к чему-то более активному. А здесь все же другой мир и другие правила.

— С парнями нельзя разговаривать?

— Можно. Но здесь нравы строже. Не так, как мы с тобой привыкли.

Нельзя быть легкомысленной, это только дворовые девки делают. Я сейчас не о них. Остальные с парнями гуляют на праздники, хороводы водят. Если и общаются, то в людных местах или при родных. Ко мне и к моим девочкам отношение несколько другое, но я бы не хотела, чтобы ты подавала рысятам дурной пример. Я их в строгости держу, всем еще замуж выходить. Так что, если хочется необременительного секса — не в этих стенах.

— Нет! — в ужасе вскрикнула девушка, добавив спокойнее, — не хочется.