Дворцовые тайны

Прежде ловелас и волокита, он не смотрел более на женщин, все чаще искал уединения и скитался по стране и Европе, будто не мог найти себе места. В открытой коляске, в ведро и в ненастье, он почти непрерывно путешествовал по России. Пушкин назвал его точно — «кочующий деспот». Кажется, что в непрерывной смене впечатлений, в своем дорожном одиночестве под звездным небом он отвлекался от своих тягостных дум. Царь понял бы и оценил то, что писал позже об успокоительной силе русской дороги великий Гоголь.

Спасение — в вереДорога отвлекала от дум, но не успокаивала душу, как это делала вера, Библия. В страшные августовские дни 1812 года, когда Наполеон двигался на Москву, Александр неожиданно пришел к жене, императрице Елизавете Алексеевне, и попросил у нее Библию. Для него, в сущности атеиста, это был яркий поступок, начало нового пути. В своем духовном совершенствовании царь прошел несколько стадий. Поначалу он стремился стать просто христианином, без всех этих кадил, риз и песнопений. Простая обрядность лютеран, различных сектантов, суровость квакеров влекли его. Потом Александр, не чуждый мистицизма, увлекся беседами с разными адептами «внутренней церкви», но вскоре усомнился в их бескорыстии. И тогда он вновь вошел в православный храм, принеся в него свою глубокую веру…

Прощание с ПетербургомКажется, что роковой перелом произошел в страшные дни наводнения 7 ноября 1824 года. Из окна Зимнего дворца Александр видел яростный разгул стихии, гибель десятков людей. И он ничем не мог помочь своим подданным, пока не стихнет, по воле Вседержителя, этот убийственный ветер с моря и разбушевавшаяся Нева не войдет в свои берега. Когда он на следующий день осматривал ужасающие следы наводнения, то услышал, что кто-то в толпе сказал: «За грехи наши Бог нас карает». — «Нет, — произнес царь, — он карает за мои грехи». Возможно, он имел в виду не только убийство отца, к которому был причастен, но и что-то другое…

Летом 1825 году тяжело заболела Елизавета Алексеевна. Они прожили под одной крышей целую жизнь, не согретую взаимной любовью. Их видели вместе в протокольные дни и раздельно во все другие. А тут государь вдруг иначе взглянул на жену. Испытал ли он жалость, сострадание, раскаяние, настигло ли его искреннее христианское чувство — неизвестно, но он решился быть с женой до конца. Почему-то решили ехать лечиться на российский юг, выбрали Таганрог — глухой южный городишко. Александр отправился вперед, 1 сентября его экипаж поднялся на Пулковские высоты, и царь долго, неотрывно смотрел назад, на свою столицу. Спутникам показалось, что он прощается с ней навсегда…

«Это не мой сын!»То, что произошло там, на юге, покрыто тайной. Официально известно, что Александр умер 19 ноября 1825 года в Таганроге.