Восход багровой ночи

Тимофей не заметил, как Саяна, Оскар, Миккель и Аскетилл растворились в толпе. С ним остался один Корф, и парень был не слишком этому рад. В последнее время Алексей начал его пугать.

Они медленно брели по ярко освещенному атриуму, разглядывая вывески магазинов и салонов красоты.

– Ты в последнее время так молчалив, – заметил Алексей Корф. – Не слишком рад нашему путешествию? А ведь я затеял все только ради тебя.

– Правда? Не стоило этого делать.

– Меня гложет чувство вины за Германа. Этот бешеный пес оказался еще безумнее, чем мы предполагали. Темный охотник, что с него взять?

– Где он сейчас?

– Сидит на цепи в подвале под главным корпусом. В одиночной камере. Больше он не доставит тебе хлопот, так что можешь взбодриться. Негоже гулять по модному супермаркету с такой кислой физиономией.

– Дело не в Германе, – признался Тимофей. – Я никогда не любил шляться по магазинам, особенно по таким огромным. И не понимаю этих шопоголиков. Я всегда знаю, что мне нужно, прихожу и беру только необходимое. Поэтому все мои походы по магазинам занимают не больше десяти минут. Это мама могла часами разгуливать по разным бутикам, ей сам процесс доставлял удовольствие… Она знала мое к этому отношение, потому никогда не просила ее сопровождать.

– Тебе ее не хватает, – произнес вдруг Корф. – Я это вижу.

– Безумно, – не стал скрывать Тимофей. – Одна из величайших несправедливостей нашей жизни… Близкие люди уходят. Навсегда. А мама… Я ведь всегда знал, что рано или поздно это произойдет. Но когда случилось, оказалось, что я совершенно к этому не готов.

– К подобным вещам нельзя быть готовым. Особенно когда родители умирают в таком молодом возрасте. Представляю, как ты ненавидишь Змееносца за то, что он совершил.

– Это еще слабо сказано! – вспыхнул Зверев.

– И наверняка ненавидишь Королевский Зодиак за то, что они допустили такое… И людишек, которые их защищают!

– К людям у меня нет ненависти, – возразил Тимофей.

– Даже после того, как они провозгласили тебя монстром? Вспомни случившееся на пожаре в «Антаресе»!

– Они просто испугались… Людям свойственно бояться монстров. Бояться меня…

– И ненавидеть! Людям это тоже свойственно. Поэтому мы и хотим все изменить, Тимофей. Скоро тебя ждет совершенно иная жизнь. Богатство, слава, успех и власть. Не думай о людишках, думай только о себе! Ты только взгляни на них…

Они остановились в центре атриума, и Корф развел руки в стороны. Вокруг сновали сотни людей. Молодые и старые, мамочки с детьми и подростки, они поднимались и опускались по эскалаторам, сидели в кафе, бродили по торговым отделам.

– Настоящий муравейник! – презрительно бросил Корф. – Все куда-то бегут, торопятся, не подозревая, что их участь уже решена. Корм для хищных рыб в огромном аквариуме.