Воспевая любовь

- Лэра, теперь вместо меня здесь будет Брун, - альфа указал на хмурого мужика, с недовольством выпятившего свой массивный подбородок.

Вере хотелось узнать, что случилось, чем она может помочь, может, есть возможность остаться, но она только сухо спросила у нового старшего:

- Вам известно о взятых оборотнями на себя обязательствах?

- Охрана, - коротко ответил здоровенный оборотень.

Девушка опустила глаза, оценивая ситуацию. В шахте оборотни работают по своему желанию и за отдельную оплату. Пока не было происшествий, связанных с проникновением в лагерь диких зверей или чужаков, она не возражала.

Это её шаг навстречу оборотням. С другой стороны, они обеспечивают всех мясом, рыбой, здорово экономя им продукты. Да что там экономия, все рабочие питаются так, как могли бы есть только по праздникам. Несмотря на тяжёлую работу, ряхи у всех наедены поперёк себя шире. Ещё перевёртыши помогают с углём, хотя за него они ничего не получают, но это в общих интересах, чтобы ускорить работу. Как ни крути, Вера – тот ещё эксплуататор и, по всей видимости, её злоупотреблениям пришёл конец. Ну что ж, он в своём праве.

- Да, - подтвердила девушка.

– Господин Ронг, рада была сотрудничать с вами. Доброго пути! – улыбнулась она альфе, смягчая сухость слов. Как хорошо, что здесь чужаки, иначе она могла бы разнюниться, и ещё, чего доброго, вцепилась бы в его рубашку, удерживая. Нет, этих глупостей нельзя допускать!

На неё с большим любопытством посмотрел второй пришлый оборотень. От него не укрылись сжатые кулачки девушки, подозрительно блестевшие глаза, упрямо сжатые губы, которые растянулись в неловкой улыбке."

"Ронг прожигал её взглядом, ничего больше не говоря. Он резко развернулся, миг – и с горы большими скачками спрыгивал бело-серый зверь.

Оборотень с хищным взглядом неожиданно улыбнулся Вере и, обратившись в не меньшего размера, чем альфа, волка, рванул за ним.

- Ну что ж, продолжаем работу, - слова прозвучали неуверенно, с каким-то сожалением. Внутри поселилась пустота, которая что-то требовала, заставляла грустить. Неуместное, ненужное чувство, мешающее работе.

Кое-как она закончила день. С Бруном не сталкивалась в течение дня, а вечером узнала, что на ужин еда приготовлена только из своих запасов.

- Этот, их новый старший, сказал, чтобы мы сами охотились, - ябедничал ей дежурный по кухне.

– Да только какая охота, когда зверьё распугано?

- Ловите рыбу, - она недовольно посмотрела на мужчину. К хорошему все быстро привыкли, считая оборотней обязанными поставлять еду.

Для Веры особо ничего не изменилось. Работа прожорливо съедала всё её время. Брун ей не докучал, сам в шахту спустился только один раз, но своим не запретил работать. Вера тоже не вредничала, давая возможность ребятам подзаработать, ведь это и в её интересах.