Вперед в прошлое 5 (СИ)

Когда мы опустили Рама на землю, Барик подошел к нему и что-то прошептал, они стукнулись кулаками.

Как выяснилось чуть позже, Барик вызвал его на трубы. Так что бой у нас грядет, можно сказать, командный. Рамиль — парень, конечно, сильный, но очень легкий, Барик тяжелее него и давно занимался боксом, правда, неясно, многому ли научился. Но все равно шанс победить у Рамиля был.

А дальше мы выполняли метания, прыжки и бег. Прыжки мне не давались, зато мяч я метнул дальше всех. Чумные братья не дорывались и не подкалывали.

Только в пропахшей потом раздевалке ко мне подошел Чума и толкнул в грудь.

— Ну че, Мартышка, на трубы?

Я отпихнул его.

— Прощайся с зубами, гнида ты бубонная.

— Чет ты какой-то весь из себя уверенный, — вставил шпильку голый по пояс Райко, длинный и тощий, как многие в этом возрасте.

— Ты еще не понял, что расклад изменился? — спросил я, решив не переодеваться.

Если будем валяться по земле, угроблю новую рубашку.

— Ты не много ль на себя берешь? — Ко мне шагнул Барик, ударив кулаком о ладонь.

В раздевалку ворвались шестиклассники, и Чума положил ему руку на плечо со словами:

— Лошье лошьем и сдохнет. Ждем вас на трубах.

Барик обратился к Рамилю:

— Черножоп, ты штаны не намочил?

Рам ринулся к нему, но Серега выскочил за дверь, разбросав шестиклашек, как кегли

Наша компания неторопливо вышла из раздевалки. Гаечка нас ждала возле входа в столовую и отчиталась:

— Девки все за нас, кроме Баранессы и Семеняк, которые пытаются переманить Попову. Если переманят, Белинская с ними автоматом. Они все придут смотреть бой. Вы как, готовы?

Я кивнул, Рам сосредоточенно засопел.

— Рамиль, переводи бой в партер, — посоветовал я. — Рви дистанцию, вали Барика и — болевой. Он боксер и полный профан в борьбе.

— Так и думал сделать, — кивнул Меликов и кровожадно улыбнулся.

— У тебя ж рука, — напомнил Илья. — Я бы не стал драться.

— Фигня, там же трещина была, а не перелом. Заросло, как на собаке.

Илья покачал головой, его поддержал Чабанов:

— Илюха дело говорит.

Рамиль сверкнул глазами и оскалился:

— Да насрать! Сломает руку — зубами его рвать буду. Сука задрал!

И я понял — он не остановится, бесполезно и пытаться.

Мы молча вышли из школы и направились к трубам. Я очень надеялся, что Чума и в этот раз не придет, но зря: там уже роился народ. Я разглядел чумных братьев и Синцова, Каюка, нескольких семиклашек и старшаков, наших мажоров и Памфилова.

— Блин, капец, как на ринге, — прошипел Меликов.

— Ссыкотно что-то, — призналась Гаечка, — за вас.

Нас заметили издали. Засуетились, зашептались. Чума замахнулся и запустил в нас каштан. Не попал. Борецкий повторил — Илья отбил снаряд рюкзаком. Ожидая обстрел, мы все ускорились, выставив рюкзаки, как щиты, но старшаки не дали Чуме беспредельничать.