Врачеватель. Другой мир

Заказал скромный обед на двоих и когда мы с девушкой уселись за столик, то та представилась:

— Наталья Петровна Сухарева, вроде как баронесса, но без приданого и денег, — криво усмехнулась девушка и протянула мне ладошку, которую я пожал.

— Приятно познакомиться, — улыбнулся, а потом сказал: — Вы уж простите меня любопытного, а как так получилось, что нужду испытываете?

— Батюшка рано овдовел, до десяти лет меня пытался воспитывать, а потом женился и два года назад преставился, — она перекрестилась.

— Соболезную, — склонил я голову.

— О покойных или хорошо, или никак, предпочитаю молчать, — криво усмехнулась Натали. — Три года назад он женился и вскоре все переписал на супругу, мне остались некоторые драгоценности по материнской линии. Как ни экономила, а деньги быстро закончились. Вот и оказалась в таком положении.

— И никакой родни? — мрачно уточнил я.

— Мачеха имела насчет меня определенные планы, но с ними не согласилась, ушла из дома!

— Гм, простите, но вы же еще несовершеннолетняя, — неожиданно понял я. — Как сумели из-под опеки вырваться?

— Так получилось, — дернула она плечиком. — Мачеха сочла, что я готова к взрослой и самостоятельной жизни.

— И полиция вас не ищет?

— Нет, в том числе и любое решение имею право принять! Этот вопрос в суде заверила и документ на то имею, в паспорте отметку поставили, — хладнокровно заявила моя собеседница.

А она полна сюрпризов! Даже удивительно, что руки опустила и решилась продать девичью честь. Или ей двигало что-то еще, о чем первому встречному точно не расскажет. Ладно, если знакомство перерастет в сотрудничество, то потом все уточню и переговорим, а сейчас пора насытить желудок, а то голоден как вол! Подавальщик принес заказ и перед нами с Натали оказалось по аппетитной тарелки с солянкой.

— Водочки-с? — вопросительно посмотрел на меня подавальщик.

— Нет, благодарю, — отрицательно покачал головой. — Мы пообедать зашли.

— Так для аппетиту, — развел руками работник трактира.

— Ступай, — отмахнулся я.

— Приятного аппетита, — разочарованно ответил подавальщик. — Чай и пирожные принесу чуть позже.

Мы с Натали взяли по ломтю хлеба, а потом активно заработали ложками. Нам почему-то стало не до разговоров. Ну, во время еды оно и не культурно, если только не на званном обеде, когда приходится вежливо выслушивать всех, кто высказывается. Поэтому-то и уходят гости со светских раутов голодными и пьяными. Закусывать тосты не всегда получается и зачастую так бывает, что не выпить за чье-то здоровье или удачу никак невозможно.

— Ой, я, кажется, объелась, — призналась девушка, когда у нее в тарелке ничего не осталось.

При этом она с сожалением посмотрела на оставшийся ломтик хлеба.

— Сколько дней не ела? — мрачно поинтересовался я.