Все мы грешные

А проснулся уже рядом с соседкой по двухместному купе. До Санкт-Петербурга почти неделя пути. И он не пожалел денег на место в спальном вагоне. Хоть какое-то, но удобство.

– Вы меня так напугали.

А спутница его, похоже, не прочь пококетничать. Голос у нее такой игривый, волнующий.

Интересно, она красивая?

Почти два года у него не было ни единой женщины. А ведь плоть, она требует своего."

"Служить Денис попал в Дальневосточный военный округ, сначала в воздушно-десантную часть. Но приехал специалист из главного разведуправления и после скрупулезного отбора его и еще трех пареньков забрал с собой.

И началась каторга, после которой ад мог показаться раем. Долгосрочный курс подготовки в учебном центре выжал из него все соки, сделал из него какого-то двуногого монстра, машину для проведения разведывательно-диверсионной работы.

Он числился на хорошем счету, и ему настоятельно рекомендовали остаться на контрактную службу. И он согласился.

А спустя полтора года грянула Чечня. И его группу бросили в Грозный. Денис рассуждал так: чеченцы отстаивают свою независимость. Ну не нравится им быть под Россией.

Хотят отделяться, так и пусть себе катятся ко всем чертям. Зачем их удерживать силой?

Он был чужд великодержавного шовинизма, поэтому какой-то частью своей души даже поддерживал их. Но тем не менее готов был воевать с ними, убивать. Раз уж оказался в пекле событий, то принимай закон войны во всей его красе. Не убьешь ты – убьют тебя. Все просто.

А он хотел жить. Поэтому убивал. Но одновременно с этим бился головой о стену, пытаясь расторгнуть контракт. И, как это ни странно, это ему в конце концов удалось.

Воевал он не так уж долго.

Всего три месяца. Однако и за это время успел получить бесценный опыт ведения диверсионно-подрывной работы в каменных джунглях большого города. До блеска отшлифовал мастерство профессионального убийцы-невидимки.

Он не искал для себя славы, не нарывался на подвиги. Все, что он делал, имело один-единственный смысл – уцелеть в этой никому не нужной войне. И он выжил.

В Санкт-Петербург, как известно, ближе ехать прямо из Чечни, но это если делать все по уму. А если все через задницу? Короче говоря, пришлось ему ехать обратно во Владивосток, а уже оттуда – в обратный конец, к Балтийскому морю.

С деньгами проблем пока не было. Во время одной из боевых операций он прихлопнул «чеха» с наличностью в кармане. Нет, он не мародерствовал. Просто повезло – бумажник вывалился на землю сам. Всякое ведь бывает. А три с половиной штуки «зеленью» никому еще не помешали. Какая-никакая, а награда за два года каторжного труда.

Из расположения части во Владивостоке он не сразу поехал на вокзал. Снял номер в гостинице, отдохнул, привел себя в порядок, приоделся.