Все мы грешные

Не спортивные штаны, а белые воротнички. Но мысли от этого не светлее. И автоматы бьют не менее точно.

Еще до избрания в Думу он вступил в борьбу за передел сфер влияния в самой столице. Не по территориальному принципу, а по ориентации преступного бизнеса. Торговля оружием всегда являлась выгодным делом. И он занялся этим делом всерьез.

Теперь у него есть государственная «крыша». Теперь его дела пойдут как по маслу. Сначала он обойдет всех своих конкурентов, а затем вытеснит их со столичного, а далее и со всего российского рынка.

Оружие! Как волнует звучание этого слова! У него далеко идущие планы. Он намерен взять под свой негласный контроль сбыт самого современного российского вооружения – от пистолета до сверхзвукового истребителя – на мировом рынке оружия. Есть уже в этом деле наработки. Кое-кого из высших чиновников придется ликвидировать, не без этого. Он устранит всех, кто попробует встать у него на пути. Он приберет к рукам весь военно-промышленный комплекс страны!..

Ну когда же прекратится эта боль в голове? Надо же было вчера так перебрать! Кажется, крыша сейчас поедет. Кстати, о пьянке и о крыше, только в переносном смысле. О государственной «крыше».

Как-то раз, месяц назад, он ехал пьяный за рулем своего «Мерседеса». И видит: дорогу переходят старушка и ребенок с ней, малец лет десяти. Трезвый он, конечно бы, притормозил, пропустил пешеходов. А тут хмельная кровь играет – все нипочем. Вот удаль молодецкая и подвела. Надо бы жать на тормоза, а он, напротив, по газам. И сбил обоих, насмерть.

Его вычислили, пытались арестовать. Но не тут-то было. Депутаты встали за него горой. Не позволили отнять у него депутатскую неприкосновенность. С Думы, как с Дона, выдачи нет. Ведь каждый из них может проштрафиться.

Хоть убей, никуда он сегодня не пойдет, останется дома. Но предупредить все же надо.

Однако телефон почему-то не работает. То ли повреждение на линии, то ли сам аппарат неисправен. Жаль, нет сотового. Не жалует он эти заморские игрушки. Облучение от них сильное, знающие люди говорят.

А позвонить надо.

В это время в дверь постучали. Блин, даже звонка нет.

Сергей Валентинович Гаринов проживал в обыкновенной трехкомнатной квартире. Деньги на приобретение жилья выделила Дума, он добавил лишь самую малость. А ведь мог бы прикупить хатку и покруче. Ан нет, так не годится, пусть все знают, как скромно он живет.

Дверь открыл телохранитель. Крепкий парень, надежный. Такой не подведет.

Перед дверью стоял пожилой мужчина в замызганной робе. Морщинистое лицо, двухдневная щетина, мечтающий о ста граммах взгляд. На плече сумка с какими-то инструментами, из нее выглядывает телефонная трубка.

– Тебе чего, папаша?

– Я с телефонной станции. Там авария была. Кое у кого телефоны коротнули.