Все мы грешные

Они проводили старый, встретили Новый год, проболтали всю ночь напролет, так и не удосужившись хотя бы на часок забраться в постель. Но нет, это не от импотенции. Просто он влюбился в нее, как может влюбиться человек, обделенный детством.

Легли они, когда за окнами посветлело. Первое утро нового года. Как хотелось бы, чтобы оно повторялось каждый день! Он уже не мог представить себе жизнь без Марины.

– Что-то тревожно у меня на душе, – забеспокоилась она ближе к вечеру.

– Но почему?

– Макс меня ищет.

– Какой Макс?

– Я же говорила тебе, что у меня есть друг.

– А-а, вот ты о ком. – Денис помрачнел. – Да пошли ты его к чертям собачьим!

– Нельзя.

– Это я от ревности, извини. Ведь я полюбил тебя. Выходи за меня, а?

– Я бы приняла твое предложение... – Она посмотрела на него любящими глазами. – Но Макс... Он не позволит.

– Да плевать я на него хотел! – Денис начал выходить из себя.

– Он крутой, он сильный, у него звериный нрав. Я его боюсь!.. И за тебя боюсь.

– А мне не страшно. Ну нисколечко!

– Он может убить, не задумываясь. Скажи, а ты смог бы убить человека?

Денису пришлось сделать над собой усилие, чтобы не усмехнуться.

– Мне даже муху прихлопнуть жаль. А ты о людях.

Да, сказал он, кажется, убедительно.

– А драться ты когда-нибудь пробовал? Хотя при чем здесь это! У Макса под рукой сотня головорезов. Какой уж тут прок в кулаках?

– Он что, мафиози?

– Еще какой!.. Боюсь я его.

– И дальше бойся. Бояться – это женское дело. Но не мужское. Тихо!.. К нам, кажется, кто-то пожаловал.

Дверь в квартиру открылась – кто-то умело воспользовался отмычкой. В прихожей появились люди. Об этом он узнал не слухом – в комнате играла музыка. Просто вдруг загорелся светильник над телевизором, это сработала сигнализация.

Времени у него в обрез.

Он вскочил с постели, потянулся к тайнику с оружием, но его опередили.

– Стоять на месте, сосунок!

В дверях появился средних лет мужчина со шрамом на лице и злыми глазами. В руках держал наведенный на Дениса пистолет. Сзади стояли еще трое.

Денис остановился. Ему нечем защититься от пули – и ежу ясно.

– Вот, значит, где ты прячешься от меня, кошечка ясноглазая. – Это уже обращение к Марине.

«Так вот, значит, какой он, этот Макс».

Как же этот Макс вычислил его? Может, кто запомнил номер его машины, когда в нее садилась Марина?.. Мало ли таких, кто готов угодить доморощенному гангстеру.

– Ладно, киска, я тебя прощаю. Сам виноват, не углядел. И твоего хахаля прощаю. – Макс хищно улыбнулся. – Только вот бесенка я у него отниму.

– Какого бесенка? – не поняла она.

– Того, который у него между ног болтается. Того, который портил тебя эти два дня. Наручники!

Два мордоворота подошли к Денису. Он послушно протянул им руки. Сейчас еще не время сопротивляться.