Все мы грешные

Известная личность. И выбор на него пал не случайно. Он работает по высшему классу. А Настя крупная фигура в деловых кругах. Миллиардерша. Ей рядового опера не подсунешь.

Глянцев мужик въедливый. С ним шутки плохи. ГУОП – крутая контора, и прав у нее до черта. И «борцы» ее лихой народ, умеют прикрыть свою задницу даже самой тухлой «отмазкой». Неверный сигнал, скажут, получили. Ошиблись, извиняйте. Больше не будем. Вот и весь разговор. А если дернешься, начнешь жалобы катать, назавтра жди наезда, да со всеми атрибутами законности. А ведь они знают, как невинного сделать виновным. Отмазаться-то, конечно, можно, но месячишко в сизо позагораешь.

Да ну их всех к едрене фене.

Глянцев остался с Настей. Интересно, чем закончился их разговор?..

Но чем бы он ни закончился, Антон знал точно: ни он, ни легавые от своего не отступятся. Что ж, устроим гонки. Кто найдет ребенка первым, тот и герой.

Он утрет Глянцеву нос. Возьмет реванш за сегодняшнюю ночь.

5

Максим Селезнев нервничал. И было от чего.

Уже почти двое суток сын Аганиной в руках у его людей.

Операция захвата прошла успешно. Ребенок спрятан в надежном месте. Под присмотром своего, можно сказать, деда. Неплохо сработал этот придурок Костоглодов. А сейчас сидит себе в теплом деревенском доме на всем готовом и в ус не дует. Только знай себе за малышом смотри.

А вот сам Максим как на иголках.

Все вроде бы идет по плану. Аганина о сумме выкупа осведомлена. И даже готова заплатить. И заплатит. Чек у нее забрать не проблема. Он сам лично разработал сложную и в то же время простую схему."

"Ей скажут, что чек она отдаст такому-то человеку ну, например, в Праге. Вылет не на своем, а на рейсовом самолете. Таково будет условие. В пражском аэропорту ей сообщат о билете, заказанном на ее имя, на рейс до Лондона. А до окончания регистрации останутся считанные минуты. И снова она отправится в путь. На этот раз в Англию. Оттуда, тем же макаром, в Рим. Затем в Париж. А там и заберут у нее чек.

Пока она будет «гонять по Европам», ментовский хвост, если он привяжется, наверняка отвалится. Билетов ментам никто не закажет, ведь им ничего не будет известно заранее. И с Интерполом не будет времени связаться.

А ребенка ей отдадут очень просто. Просто скажут, куда за ним приехать. «Няньки» с ним уже не будет. Исчезнет, и навсегда.

Пугает только одно. И очень пугает. Слишком уж у Аганиной велик вес в обществе. За ее спиной большие силы. Как бы не схлестнуться с ними.

Размышления Селезнева прервал голос секретарши:

– Максим Афанасьевич, к вам двое, из милиции. Пропустить?

«Ну вот, началось». Как же они вышли на него?

– Пропусти. – Он поспешил взять себя в руки.

Его не смутил тяжелый колючий взгляд немолодого уже мужчины в штатском. Подполковник Глянцев – это имя ему ни о чем не говорило.