Все мы грешные

Хотя вроде бы ее всю подняли на ноги.

И только Антон мог дать ответ, кто убил Анютку. Его Анютку!

Над ней надругались люди Фурункула. А может, и сам десантник приложил к этому руку.

Но Хмурый не пошел в милицию, не дал свидетельские показания. С этими ублюдками у него будет свой разговор.

Хоронить Анюту вышел весь город. Эта трагедия затронула душу каждого обывателя. Ведь у многих есть дочери. Не дай бог, и с ними случится такая же беда.

Антон стоял над ее могилой мрачнее тучи. Его давила боль утраты. Все-таки он любил ее. Но она уже об этом никогда не узнает. Была и нет!..

Кто-то тронул его за плечо. Он обернулся и увидел статного, хорошо одетого мужчину лет сорока с небольшим. В глазах у него застыли слезы."

"– Мне сказали, что вы встречались с моей Анюточкой...

Это был ее отец.

– Да, это так, – кивнул он.

– Вы любили ее?

– Какое это теперь имеет значение?

– Да, конечно. Это уже значения не имеет... Подонки, сволочи!

«Быть может, когда-нибудь кто-то скажет так и обо мне...»

– Убийцы будут наказаны.

Сейчас Антон выглядел гораздо старше своих двадцати семи лет.

– Кто их накажет? – покачал головой Анюткин отец. – Витюнина так просто не возьмешь. Он держит в кулаке весь город. И милиция перед ним на цыпочках ходит.

Витюнин – это Фурункул. Значит, уже весь город знает, чьи люди убили Анюту. Знает и ничего не может поделать.

– Я обойдусь без милиции, – краешком рта усмехнулся Антон. – Я их сам накажу.

– Вы? Сами? – Отец Анюты посмотрел на него как на чокнутого.

– Сам... Вы, я слышал, открыли свой магазин?

– Открыл и уже торгую... А в чем, собственно, дело?

– И платите Витюнину дань...

– Плачу.

– Так вот, как отец Анюты, вы мне платить не будете ничего.

От удивления глаза Антонова собеседника чуть не выскочили из орбит.

* * *Игнат Валерьевич Витюнин, крепкий мужчина лет тридцати пяти, сидел в своем офисе – он возглавлял крохотное частное предприятие для отвода глаз – и пил утренний кофе.

Дела у него шли хорошо. Рэкет приносил солидный доход. Капал процент и от торговли наркотиками. Наладил поставку водки, фальшивой, конечно. И девочки на панели стараются.

Одна только беда. Четверо его ребят набедокурили. Трахнули какую-то сучку и, надо же, побаловались над ней с ножичком и утюжком. Ну ладно, если уж удавили «мочалку», так схороните ее незаметно, чтобы никто никогда не нашел. В бетон закатайте, например... Так нет же, эти придурки сбросили ее в канализацию. А там ее нашли в первый же день.

Ну, ничего, свидетелей нет. Менты прикормлены, носом рыть землю не будут. Пошумят, пошумят и перестанут.

А озорников этих он, конечно же, проучил. Лишил премиальных. Пусть поработают месячишко задарма. В следующий раз умнее будут.

Зазвонил телефон.

– Витюнин слушает, – отозвался он.