Все мы грешные

С главной улицы девушка свернула на боковую, застроенную многоэтажками.

Антон продолжал идти рядом. Он уже начинал чувствовать себя идиотом, увязавшимся за первой встречной юбкой. Ужасное чувство для серьезного человека, не привыкшего терять контроль над своими эмоциями. Но отвязаться от прекрасной незнакомки он не мог. Это оказалось выше его сил.

Но вот она остановилась. Остановился и он.

Она повернулась к нему лицом и гневно – правда, гнев вышел каким-то забавным, ненастоящим, – спросила:

– И долго вы так будете за мной идти?

Чистый бархатистый ее голос очаровывал, околдовывал.

– Долго! – широко улыбнулся Антон. Он уже давно так от души не улыбался.

– А если мне это не нравится?

Ее изумительно красивые глаза смотрели на него по-детски наивно. А ведь она уже давно не ребенок. На вид ей лет семнадцать, ну, восемнадцать. Хотя, бывает, и в пятьдесят лет люди продолжают оставаться детьми.

– Неправда... Я вижу, вам не очень-то хочется прогонять меня.

– Вы всегда такой самоуверенный или только со мной? – Незнакомка наконец-то тоже улыбнулась.

Ее гнев улетучился.

– Всегда... Давайте знакомиться. Меня зовут Антон.

– А меня Алена... Только не надо меня провожать... Я уже пришла.

– А если мы куда-нибудь сходим?.. Не могу же я так просто вас отпустить...

– Нет, извините, Антон, не могу, – ее сожаление казалось искренним. – Сегодня не могу... Но... мы можем встретиться завтра. В это же время.

– Где?

– В кафе «Ласточка», знаете такое?

– Найду.

– Тогда пока...

Она окинула его прощальным взглядом и упорхнула во двор своего дома.

Антон посмотрел на часы. Стрелки «Ролекса» показывали семь вечера... Интересно, какие дела могут держать красивую девушку дома в такую рань?

* * *Леня Мороз не верил ни в президента, ни в правительство, ни в черта, ни в дьявола. Они никогда не дадут ему жить красиво. Он верил только в самого себя. Свое будущее он строил сам.

Учиться после школы дальше не стал. Нет ни желания, ни способностей. Пахать где-нибудь на производстве за сущие гроши? Нет уж, увольте... И в ларьке торговать всякой дребеденью желания не было. А жить как-то надо. Да не как-нибудь, а красиво!

Остается только одно – воровать, грабить. И он не делал из этого проблемы. И воровал, и грабил.

Под рукой у него всегда верные кореша: Кирпич, Овсянка, Кныш и Барабан. Крепкая дворовая команда, а по-нынешнему – банда. И резиденция у них надежная – просторный, теплый и сухой подвал их дома. А у Овсянки есть еще и своя тачка – старая, потрепанная «Волга» двадцать четвертой модели. Рухлядь, конечно, но бегает резво.

Вот на этой-то машине он и его сообщники в двенадцатом часу ночи подъехали к ресторану «Айсберг». Не самому престижному, но и не самому завалящему.

– Этот кабак под «крышей» Гусара, – еще раз напомнил всем Барабан.