Всегда говори «всегда»

Но пока они с вежливым мальчиком Мишей рисовали самолеты, вся эта ерунда насчет пресс-конференции и списка журналистов совершенно вылетела у Барышева из головы. И теперь он мучительно соображал, что бы такое Ольге сказать. А, гори оно все синим пламенем! Он скажет правду, а там – поглядим.

– Я приехал, чтобы пригласить вас куда-нибудь. Завтра. С детьми. В… планетарий или в зоопарк. Можно в Бородино. Поедете? Ольга Михайловна, вы в обмороке? Моргните, если вы меня слышите!

Машка тут же принялась скакать вокруг с криком:

– Поедем? Мы поедем, да! Да-да-да!

Ольга молча кивнула.

Барышев улыбнулся.

– Согласны?

Ольга снова кивнула.

– Куда поедем?

Она пожала плечами. Наверное, они так бы и стояли посреди гостиной до ночи, но вежливый Миша спас ситуацию, выпалив:

– Поедем в Бородино, до него дальше всех!"

"Сергей, который, оказывается, очень даже неплохо разбирался в самолетах, ему понравился.

* * *После пресс-конференции Барышев молча взял ее за руку и увел к своей машине. Скомандовал водителю:

– Домой!

По дороге они с Ольгой ни слова друг другу не сказали. Да и так все было ясно, без слов – им обоим.

– Ну вот, здесь я живу, – Сергей достал ключи. На площадке было всего две квартиры. Из-за двери послышался хриплый лай, и Ольга отступила на шаг.

– У вас… собака?

– Да. Все время одна сидит, бедолага. Я думал, может, на работу ее брать, чтобы она от одиночества не чокнулась. А вдруг там укусит кого-нибудь…

– Значит, может укусить?

– Ну да, – Барышев пожал плечами. – Она бестолковая и очень меня любит.

Собака за дверью свирепо зарычала. Барышев распахнул дверь, и оттуда на площадку кубарем выкатилось что-то крошечное, лохматое, с развевающимися ушами, и стало бешено носиться по площалке.

Барышев поймал это косматое, потрепал по спинке:

– Ну ладно, ладно тебе! Тяпа! Угомонись уже! Хорошая, хорошая Тяпа!.. Я ее на улице подобрал два года назад. Умная, хорошая Тяпа!

Ольгу отпустило. Она боялась, что Тяпа окажется стаффордширским терьером.

…Потом Ольга сидела, вцепившись в подлокотник дивана, и пыталась вести светскую беседу – что-то там про работу, про пресс-конференцию, про даму из глянцевого журнала, задававшую Барышеву какие-то там вопросы насчет костюмов и автомобилей, которые он предпочитает… Барышев никакой дамы не помнил, он их вообще не очень запоминал, дам-то, даже тех, с которыми спал. У него работа, все время работа, ничего, кроме работы, только делом голова занята, не до амуров. Ольга улыбнулась:

– Я ваша сестра-близнец, Сергей Леонидович. Ни на что меня, кроме работы, не хватает.

Сестра! Вот еще, глупости!

Барышев изо всех сил старался изображать радушного хозяина. Он и кофе сварил, и вино открыл, и сыр какой-то вытащил из холодильника.