Всего дороже

Однако Нефи часами разговаривал с майором Ричардсом и ни разу не сделал ему замечания. Один только Джаред остался невосприимчив к странному обаянию майора и не смирился с его командным тоном. Джаред… Полли решила, что нужно думать о Джареде. Джаред ее любит и уважает, он бы никогда не стал искать развлечений в таком грешном городе, как Сент-Луис.

Нефи был прав: снег пошел слабее, и вскоре на капюшон Полли стали падать только отдельные редкие снежинки. Мормоны принялись петь гимны. Впереди Полли майор с прямой спиной ехал рядом с фургоном и разговаривал с Лидией Лайман. После нескольких минут разговора он перекинул ногу через седло, перебрался с коня на сиденье кучера и сел рядом с Лидией. Конь продолжал скакать рядом вровень с фургоном.

Полли почувствовала легкую дурноту. Невозможно, чтобы майор собирался соблазнить седовласую, острую на язык старую деву, однако он и ей дал отдохнуть от управления упряжкой. У Полли закралась мысль, что она неправильно оценила майора Ричардса, однако эта мысль была тут же отброшена, потому что думать так было слишком больно. Каковы бы ни были намерения майора в отношении Лидии Лайман, когда дело касалось ее самой, все было по-другому, и она поступила совершенно правильно, отказавшись от его помощи. Но от этого было не легче: у нее болели руки, холод пробирал сквозь накидку и платье так, как будто их и не было. Будь майор рядом с ней, она могла бы согреть руки в перчатках о глиняную грелку.

Полли заморгала, чтобы не заплакать. Пусть отдыхом наслаждается Лидия Лайман. Ей все равно. Скоро вернется Джаред, и они поженятся — стоит ей только захотеть.

Из фургона впереди донесся женский смех. Полли поджала губы. Что же он за человек, если флиртует со старой девой Лидией Лайман?

Позже майор снова сел в седло и поскакал по тропе вперед. Вернувшись, он предложил такую же помощь Коули. Увечный Джосая с благодарностью уступил поводья крепкому майору. Полли демонстративно расправила усталые плечи. У майора не могло быть никаких тайных мотивов дать Джосае отдохнуть. Возможно, она была не права. Она вспомнила, как резко, некрасиво отвергла его помощь и как его улыбка — нечастая гостья на его лице — мгновенно исчезла. Почему-то Полли почувствовала себя несчастной. И еще несчастнее, когда они встали лагерем на ночь и майор ни разу даже мельком не взглянул в ее сторону. Когда все дела были закончены, тарелки вымыты и убраны, Полли села на бочку с пшеницей у костра так близко, как только можно было сесть, не рискуя поджечь платье."

"Нефи играл на скрипке, дети танцевали, Джосая с женой тоже танцевали, несмотря на неудобство, которое причиняла его сломанная рука. Майор танцевал с Лидией Лайман. Потом Джосая танцевал с Сюзанной.