Вся правда, вся ложь

 — Но дело серьезное, и я хочу решить ею миром.

— Ясно, — нахмурился мужчина. — Опять чего-нибудь напортачил? Я и сам хочу знать, где его носит. Андрей просил его сюда устроить, я обо всем договорился, а он на работу не вышел… меня подвел, и вообще… неудобно получилось.

— Когда он должен был выйти на работу?

Николай охотно ответил, я произвела нехитрый подсчет, и стало ясно: появиться на работе Дыбенко должен был на следующий день после убийства Ирины. Теперь сомнений не осталось: мы на правильном пути.

— Вы пытались с ним связаться? — продолжил задавать вопросы Берсеньев.

— Конечно. Звонил ему раз пять. Мобильный отключен.

— И вас это не удивило?

— Если бы вы знали Андрея, как знаю я, тоже бы не удивились. У него семь пятниц на неделе. Договорились, что будет в Голованове работать, пока здесь место не освободится, так он в один день рассчитался и явился сюда. Две недели без дела болтался. Я начальника еле уговорил его взять, а он пропал.

— Жилье у него здесь было?

— Комнату снял.

— Адрес знаете?

— Мы все больше по мобильному общались, но Один раз я его подвозил… Дом напротив гостиницы «Заря», старая пятиэтажка, первый подъезд.

— Машина у него есть? — спросил Берсеньев.

— Если это можно назвать машиной. Допотопная «шестерка», давно пора в металлолом сдать.

— Белого цвета? — влезла я.

— Белого.

— Что ж, спасибо, — вздохнул Берсеньев. — Если он вдруг появится, передайте, что его Завьялов Спрашивал.

— Хорошо, — кивнул Николай и, помедлив, добавил: — Его женщина искала, приходила сюда, видно, ей он тоже сказал, что здесь работать собирается.

— Что за женщина?

— Ну… — пожал Коля плечами. — Молодая, красивая… зовут Вера… очень расстроилась, что его не застала.

Я сначала подумал, везет же дураку… Но потом стало ясно: ищет она Андрея совсем не ради его прекрасных глаз, наверняка обещал с тачкой помочь, может, еще и денег взял… очень нервничала девушка.

Мы простились. Николай ушел, а я спросила Берсеньева:"

"— Зачем ты соврал, что его Завьялов спрашивал? Ты кого имел в виду?

— Папу твоего, естественно. Прокурора области.

— Идиот, — вздохнула я.

Шатенка заметила нас издали и впилась глазами в Берсеньева. На губах улыбка, как немой призыв «не проходите мимо».

Берсеньев и не прошел. Подкатил к стойке и начал мурлыкать, я наблюдала за этим, болтаясь у дверей.

— В городе еще остались девицы, не обольщенные тобой? — съязвила я, хотя какое мне до этого дело.

— Куда больше, чем ты думаешь. Суббота не за горами, надо обо всем заранее позаботиться.

— Ты ж еще от стриженой не отделался?

— Уйду в глубокое подполье. Двигай вперед.

— Зачем?

— Посмотрю, как ты ходишь.

— Чтоб у тебя глаза лопнули, — буркнула я и пошла вразвалочку.

— О… — пропел Берсеньев.