Японская война 1904. Книга третья

Я не очень много ждал от нынешних лидеров России, но вот такая подлость, готовность уничтожить несмотря ни на что… И, главное, почему? Почему Сергей Александрович так остервенело пытается меня утопить? Просто из-за того, что в прошлый раз я посмел ему отказать? Неужели этого оказалось достаточно?

— Алексей Николаевич, — великий князь повернулся к Куропаткину, — пока полковник думает, вы тоже подготовьте свое мнение, кто заменит его в продолжение кампании. Уверен, сейчас, когда японцы были вынуждены отступить, столкнувшись по-настоящему всего с одним нашим корпусом, вся армия уж точно сможет нанести им поражение.

"Ну вот и еще одна причина моей опалы всплыла. Если раньше великий князь был готов терпеть то, что показалось ему дерзостью, ради дела, то сейчас… Он считал, что армия справится без меня, а значит, можно и личные счеты свести. Я неожиданно осознал, с чем бы столкнулся, даже оставшись на этой войне до конца. Даже если только благодаря мне мы бы разгромили Японию, все равно после возращения меня точно так же съели бы и в России. Точно такие же гражданские акулы…

— Вы ошибаетесь, — обрывая мои мысли, голос Куропаткина прозвучал словно удар грома.

Плеве и наместник разом вскинули головы, поворачиваясь к нынешнему главнокомандующему и бывшему военному министру. Они немало времени провели рядом, в основном как противники, но все равно успели неплохо узнать характеры друг друга. И такого от Куропаткина никто не ждал.

— Что вы сказали? — великий князь вспыхнул.

— Я сказал, что вы ошиблись, — с каждым словом голос Алексея Николаевича звучал все резче и четче, а потом он вытащил из внутреннего кармана мундира сложенный вдвое конверт.

— Генерал-лейтенант и 3-й Георгий, — Плеве принял из рук Куропаткина конверт и быстро просмотрел. — Со своей стороны скажу, что такое назначение, конечно, формально нарушает порядок присвоения чинов. Но если сам Николай Александрович и Алексей Николаевич считают, что Макаров достоин, то так тому и быть.

— Более того, — ощутив поддержку, Куропаткин продолжил уже легче, — после беспримерного подвига 2-го Сибирского стрелкового корпуса при обороне Ляояна, когда при отступлении всех остальных сил они сдержали врага, собрали всех отступающих, значительно уменьшив общие потери армии, а также откинули японцев назад… Я буду писать представление на еще одно внеочередное звание и Владимира…

— Кхм… Алексей Николаевич, вы не забываетесь? — великий князь прервал Куропаткина, но того было уже не остановить.

— Точно, — тот усмехнулся. — Вы спрашивали у Макарова, какой из двух вариантов ему выбрать, так я отвечу за него.