Всполохи на камне (СИ)

Я вздрогнула от неожиданности и встала.

— Ой, я не ожидала вас увидеть! — мне было как-то неудобно, неловко, непонятно почему.

— Да и я тоже. — отец улыбался. — Значит вы с Петром договорились?

— Договорились? О чём? — я была в недоумении.

— Я просил его помочь, найти возможность ввести тебя в курс дела. — Андрей Николаевич говорил с воодушевлением. — Знаю, что ты просила меня не отправлять тебя сюда. Но ты уже здесь. Ты согласилась на предложение Петра?

— Я попробовала сегодня… — сама не понимала, почему я согласилась, — Петру сложно отказать и вот я здесь… но… только сегодня, наверное. — промямлила я и снова села на стул.

Отец нахмурился и наклонился ко мне.

— Он обидел тебя, Лия? Что случилось?

Я замотала головой, краем глаза глядя, не открывается или дверь кабинета.

— Обидел? Нет… не знаю, — совсем растерялась, — он со всеми такой… жёсткий, злой что-ли…мне кажется, что я не смогу справиться со всем… соответствовать… — окончательно смутилась и опустила голову.

Отец взял меня за руку и другой рукой приподнял мой подбородок, чтобы посмотреть в глаза.

— Лия, милая моя девочка, если ты так считаешь, то можешь прямо сейчас уйти отсюда, не смей думать, что я заставляю тебя. Мне важно, чтобы тебе было хорошо! Хочешь заняться чем-то ещё — пожалуйста! — Петровский так тепло на меня смотрел, так искренне говорил, что мне стало… стыдно."

"Куча людей мечтает получить такую работу, такой опыт, и я мечтала работать по-настоящему, учась и преодолевая трудности, а сейчас расклеилась, испугалась. Чего? Кого? Тут мне было понятно — Петра. Но сказать об этом я не могла, тогда нужно признаться в подробностях нашего знакомства с Петром, а мне не хотелось расстраивать отца и вносить раздор между мужчинами…

Пётр очень сильный человек, властный, жёсткий, даже грубый и я ничего изменить не смогу, а разборки мне не нужны. И я приняла для себя решение.

— Спасибо вам…тебе, — замолчала на пару секунд, — давай я поработаю неделю и тогда решу, оставаться мне здесь или нет? Хорошо? — вот и подписалась не недельный стресс.

— Лия, ты сама решай. Можешь в любой день уйти, хорошо?

— Хорошо! — мне стало легче от того, что сказал отец. И я еще чувствовала себя немного задетой собственной слабостью. Мне захотелось доказать себе, что я могу справиться, что я сильная, хотя и… боюсь.

Отец ушел к Петру и они проговорили почти час, меня никто не беспокоил и я быстро справилась с письмами и расписанием для начальников отделов. Петровский старший ушёл и я, наконец, отправила документы по электронке и направилась с бумажной почтой в кабинет к Петру Андреевичу, моему начальнику на ближайшие семь дней, как минимум.