Всполохи на камне (СИ)

Васька вальяжно откинулся на спинку кресла и улыбнулся с явным торжеством в глазах.

— Можно, конечно, — Чуров сощурился, — мы будем рады, правда, Лия?

Я перевел взгляд на девушку.

— Ты уже дала ответ? Или пока просчитываешь выгоду? — зло поинтересовался я, явно провоцируя, но меня несло так, как никогда в жизни. Так, наверное, себя самоубийцы ведут. А я им и был сейчас.

Кулак у Васьки крепкий, я уже с ним знаком был, но с тех пор силы у моего друга прибавилось — я отлетел так, словно во мне не под сотню килограмм, а только пару кило. Испытал странное удовольствие, когда поднимался с пола, я улыбался, занося руку для своего ответа кулаком.

Мы бились всерьез и от каждого удара мне становилось легче. Молотились в полную силу. Кровь во рту, глаз один явно заплыл, а мне легчало. Наконец-то!

45. Лия

Мне казалось, что это никогда не кончится. Охрана прыгала вокруг этих двух идиотов, которые пытались сделать друг из друга отбивные. Я сначала завизжала, как любая порядочная девушка в такой ситуации, а потом поняла, если не сделаю что-то, то Пётр и Василий убьют друг друга."

"Лихорадочно оглядываюсь и замечаю ведёрки со льдом, быстро сливаю с нескольких воду в одно, потом наполняю второе. Люди за столиками так увлечены дракой, что и не замечают, как я лишаю их льда для бутылок.

Вода ледяная, она даже с кусочками подтаявших ледышек. А я вся горю, поэтому холод меня слегка успокаивает, отрезвляет адреналин в крови. Когда подлетаю к своему столику, то вижу Василия сидящего верхом на Петре. Одной рукой он держит друга за рубашку, а другой лупит по лицу.

Не теряя ни минуты, опрокидываю сначала одно, а потом и другое ведерко прямо на голову Чурова. Ледяная вода делает своё дело — Вася замирает. И в этот момент охрана, наконец-то, начинает действовать и скручивает обоих драчунов.

Петра тоже, поскольку он вновь пытается запрыгнуть на Васю, хотя сам выглядит ужасно.

Когда я слышу вой сирены полиции и скорой, то выдыхаю, все же эти два амбала не успели убить друг друга и теперь медики и полицейские пусть с ними разбираются.

Дальше все кружится каруселью, люди что-то спрашивают у меня, я отвечаю, а сама ищу глазами Петровского, который опять припадает на одну ногу, когда его ведут к скорой.

А затем я делаю то, о чем, скорее всего, потом пожалею, но мне все равно. Хватаю сумочку, пальто и лечу следом за моим бывшим начальником и в последний момент забираюсь в открытую дверь машины скорой помощи.

Сажусь рядом с уже лежащим на носилках Петром и замираю. Медик грозно смотрит на меня, но почему-то не выгоняет. Дверь закрывается и мы мчим в больницу.

Самое смешное, что Петровский, похоже, даже не видит меня.