Вторая жена Командира. Наследник

Впервые делаю это мысленно, не произнеся ни слова вслух, ведь опасаюсь, что второй мужчина заподозрит неладное.

Убедившись, что внушение сработало, отсоединяю флешку от своего золотого браслета и вкладываю ее в руку сотруднику. Он разворачивается слишком резко и рвано движется к компьютерам, словно марионетка.

- Олег, что ты делаешь? – спохватывается первый сотрудник, отрываясь от папок.

Думаю, ему хватило времени на то, чтобы понять, что я всучила ему полную чушь. Честно, даже сама не знаю, что в этих документах.

Мужчина в пару шагов оказывается рядом со мной и хватает за плечи.

Так неожиданно и больно, что ощущаю в животе слабую пульсацию. Дышу глубоко, чтобы прогнать неуместный страх, который может все испортить.

- А вы… - рявкает сотрудник, устремляя на меня грозный взгляд.

Но мне только это и нужно было. Ехидно усмехаюсь и включаю голубое свечение.

- Ничего не случилось. И здесь никого постороннего нет, - говорю членораздельно. – Сядь на свое место и не мешай.

Слушается незамедлительно. И я с каким-то больным удовольствием наблюдаю, как этот человек-робот опускается в кресло и устремляет невидящий взгляд в пустоту.

Помощь его мне действительно не потребуется. Как я посмотрю, первый неплохо справляется с задачей.

Подхожу к Олегу (впервые узнаю по имени своего «помощника») и останавливаюсь за его спиной, поверх плеча глядя, что и как он делает. Данные копируются, ползунок движется, а проценты прибавляются исправно.

Все идет по плану. Как обычно. Несмотря на то, что я на запретном минус тринадцатом.

По привычке, чтобы скоротать время, прошу показать мне некоторые засекреченные файлы. И тут же жалею об этом. Ведь зрелище не для слабонервных.

Как я и предполагала, именно на этом этаже активно ведутся эксперименты над людьми. Добровольцев обращают в Пустых, вводят какие-то препараты, испытывают «всесильность» их регенерации, мучая и истязая.

Каждый шаг, каждый этап, каждое издевательство – все тщательно записывается на видео. Ученые будто пытаются нащупать нечто важное, но никак не могут. Теряют нить, упускают мелочи. Я знаю, чего они добиваются! Хотят «вывести» таких редких экземпляров, как мы с Русланом, у которых есть и сила, и разум."

"Но самое страшное, что речь идет не об отдельных случаях.

Счет идет на десятки… Десятки несчастных подопытных. Людей с явно нелегким прошлым и только им ведомым причинам согласиться на подобное. Десятки! И это, судя по одержимому фанатизму Аверина, далеко не предел.

Мой взгляд затуманен слезами, руки дрожат. Пытаюсь привести эмоции в порядок, как замечаю на экране электронную папку с надписью «Самарская область».

Надо просто все скопировать и уйти! А уже дома у Командира посмотрим и разберемся!

Но я опять поступаю опрометчиво, ведомая чувствами, а не разумом.