Вверх по течению (СИ)
Бывает и так… Нагнулся, чтобы гриб срезать, разогнулся, и все… ты уже совсем в другом месте. И не в Подмосковье, а вообще в каких-то неведомых горах. Не судьба, а просто анекдот: спустился с гор за солью, а тебя в армию забрали. На чужую войну в чужом мире, где нет двигателей внутреннего сгорания и даже дирижабли летают на паровых машинах. В этих условиях и приходится выживать студенту Тимирязевской сельхозакадемии Савве Кобчику. По местным меркам неграмотному, необученному солдату со странными идеями.
Впрочем, пока день тут светло. Читать, по крайней мере, можно не напрягаясь.
Причем этот номер эконом класса находится не в самом здании тюрьмы – высоком замке красного кирпича, а в дальнем от ворот флигеле в один этаж с полуподвалом. Вот в этом полуподвале я и сижу неизвестно за что. У охраны спрашивать бесполезно. У нее обет молчания.
Незнание уже стало меня напрягать, но по читаным – перечитанным детективам я понимал, что это меня так до кондиции готовят, чтобы, значит, соскучился я по разговорам и язык распустил. Но при этом очень удивительно то, что меня никто не удосужился обыскать.
Я несколько неловко – все же одной рукой управляюсь, разместил верхнюю одежду на вёшале. Заправил кое-как постель и лег поверх одеяла, не снимая бурок. Боялся, что одной рукой сам портянки обратно не намотаю. Выдержка выдержкой, а очко жим – жим. Понимаю, что меня специально так мурыжат неизвестностью, но внутреннее желание неистребимое такое, чтобы быстрее наступила хоть какая-то определенность.
– Млядь… Так я и не попробовал фельдфебельских пейзанок, – засмеялся я, тут же сморщившись от боли в швах на спине.
Как раз в день дорожного происшествия Эллпе обещал привезти их к вечеру в нашу хату на полигоне. Я еще для этого перед экзаменом сливянки закупил в городе. И деликатесов на закусь. Пропало все, небось. Не знаю почему, но это меня рассмешило."
"Потом воспоминания перебежали на образ баронессы в гинекологическом кресле, и я понял, что пора завязывать с такими мыслями. Не то… Так недолго скатиться до себяжаления, что в моем положение чревато.
Разбудил меня молчаливый усатый кирасир, притащивший поднос с обедом. Внутри помещения он снял свою лакированную каску и покрывал голову неким подобием бескозырки. Судя по круглой кокарде на тулье, кирасиры были местные – ольмюцкие.
Обед был обычный солдатский: гороховый суп – пюре, каша похожая на гречневую, но не гречка. Тушеное мясо с подливой и компот. Скорее всего, для арестантов тут ничего отдельно не готовят, а кормят с котла охраны.
Ввиду отсутствия туалетной бумаги я попросил принести мне на подтирку «хотя бы газет». И до вечера их читал от корки до корки. Все шесть штук разом.
Судя по самой свежей газете, на свободе вся империя празднует победу своего броненосного флота над винетскими военно – морскими силами, которым адмирал барон Райнфорт устроил форменную «цусиму» при попытке винетов разблокировать проливы в океан.















