Вверх по течению (СИ)

– Какие будут поручения, господин комиссар? – с порога спросил он.

– Берешь местную карету, конвой и вот этого кирасира. Обращаться с ним хорошо, понял? Заберете из дома фигуранта – адрес и личность он укажет, – кивнул я на Грабчика. – И везете сюда. Обязательно с ключами от его сейфа. Будет упираться, можете ногу ему прострелить.

У кирасира от страха округлились глаза.

– Не тебе. Писарю, – успокоил я его.

И повернувшись к унтеру, добавил.

– А ко мне в кабинет вызовешь заключенного Помахаса. И скажи моему денщику, чтобы сварил кофе с коньяком, и дюжину бутербродов с коровьим маслом и сыром организовал.

Я остался один.

* * *"

"Несмотря на крайнюю молодость Калия оказалась очень опытной банщицей и массажисткой. Расслабила она меня своими сильными руками на мраморной лежанке полностью, в кисель… От лопаток до пяток. Я даже не заметил, когда она от массажа с ароматическими маслами перешла к минету. Только перевернулся на спину, закрыл глаза и вот… В этом Калия тоже была очень опытной. Знала, как доставить мужчине острое наслаждение и умела.

Ох, мадам, ну ты и хитра. Никак оперу пишет? Только вот кто ее опер, для которого она тут компру собирает?

Зазвонил телефон, выбивая меня из сладких воспоминаний.

Снял трубку, сказал.

– Контрразведка.

В телефонной трубке пророкотал вопрос.

– Сокол?

– Он самый, – ответил. – С кем имею честь?

– Крокодил. Горизонт чист и я послал тебе замену. Он назовется Фазаном и скажет твой хитрый пароль.

– Слава ушедшим богам, – выдохнул я. – А?..

Но из трубки монотонно звучали только долгие гудки. Неразговорчивый сегодня что-то генерал Молас.

Привели Помахаса. Мятого, будто в одежде спал. Нездоровый цвет его лица закрывала недельная щетина.

– Присаживайся, Поло, – предложил я ему. – Кофе? Бутерброды?

– Лучше чай, господин флигель – адъютант, – откликнулся химик. – От кофе у меня бессонница. А поспать сегодня хочется хотя бы несколько часов. Однако, видя перемену действующих лиц в этих декорациях, думаю, что даже этого не удастся. И спасибо за соседей. Одиночка угнетает.

Денщик внес поднос с бутербродами и кофейник. Специально для меня кофе, сваренное с коньяком – чтобы не спать. Жуткий допинг, но что поделать.

– Тавор, завари для моего собеседника чай, – приказал я ему. – Как будет готов, заноси.

Денщик кивнул, подтверждая приказ, и удалился.

Мы остались одни в кабинете.

– Угощайся, Поло, – предложил я Помахасу, подвигая ему тарелку с бутербродами.

– Спасибо, я чая подожду. Не люблю сухомятку. Вы пока спрашивайте что вам интересно. Пока все спокойно.

И тут меня на хи – хи пробило.

– Господин Помахас, объясните мне, как вы дошли до жизни такой? – брякнул я и улыбнулся.

– И не спрашивайте, – махнул он рукой.