История Ирэн 3. Принятие

Вышел из тестовой Али-Мирза с совершенно умилительным выражением на лице, прижимая к себе два одинаковых кинжала.

Картузов качнул головой:

— Надо же саму лучшую пару выбрал!

Лицо Али-Мирзы вытянулось, как у ребёнка, у которого хотят отобрать любимую игрушку, но Картузов улыбнулся:

— Дарю, заслужил, ещё никто так долго не продержался в тестовой как ты! Пусть настоящее оружие служит настоящему мастеру.

Потом пошли в «каменный цех». Там было жарко, конечно, «камню» требовалась пропарка.

Пока Морозов с Али-Мирзой ходили и рассматривали как происходит процесс, Ирэн стала рассказывать Картузову о том, о чём попросили её мужики строители.

— Понимаете, Иван Иванович, я с ведь с ними согласна, конечно, это очень почётно, что церковь так высоко оценила наш с вами «камень», но мы же с вами не просто о том, что почётно.

—Я бы хотела, чтоб города строились из «камня», а не только храмы в них, — немного волнуясь говорила Ирэн, очень ей хотелось, чтобы Картузов всё правильно понял, и он понял.

— Я с вами Ирэн Леонидовна, ко мне уже знаете сколько простого люда приезжало. Всем хочется жить в каменных домах, а наш «камень» многим будет по карману, но если церковь решит, что такой «камень» только для них, нам с вами против не выстоять, — сказал Картузов и горько улыбнулся.

Ирэн подумала, что у него, столько лет бившегося за лучшую сталь для империи наверняка были всякие истории, в том числе и с церковниками связанные.

—Ладно, захочет, потом расскажет, —про себя подумала Ирэн, а вслух сказала:

— Есть у меня одна идея. Зовите сюда вашего Фёдора, обсудим."

"Для обсуждения всё-таки прошли в другое помещение, потому как в пропарочной долго находиться было невозможно, уж очень жарко.

—Как вы назвали? Пропарочная? — Ирэн удивилась, потому что в её мире камера для пропаривания бетонных изделий тоже носила такое же название.

— Дык, пропариваем же, значить пропарочная, — кивнул Фёдор

Ирэн вкратце описала свою идею Фёдору и Картузову, сказала, что хочет для простого люда делать серый «камень», а для церкви оставить белый.

— А что добавлять-то будем? — Фёдор запустил пятерню в шевелюру

Ирэн улыбнулась:

— Золу

Картузов и Фёдор вместе уставились на Ирэн, как будто она что-то сказала, что никогда и никто им не говорил, но они этого очень ждали.

Иван Иванович повторил:

— Золу, слышь, Федька, золу

Посмотрел на Ирэн:

— Ну Ирэн, ну ты, ну Леонидовна, даёшь! Золу!

Ирэн, всё ещё не понимая, в каком шоке находится Картузов, оттого что решение настолько гениальное, настолько и простое, кивнула и тоже повторила, попытавшись пояснить:

— Ну да, золу, она ещё и усилит морозостойкость «камня», зимой будет прочнее.

Иван Иванович громко засмеялся:

—Слышь, Федька, мо-ро-зо-стойкость. Наш камень-то ещё и стойкий будет к морозу.