Выбирай сердцем

Я вылила остатки не особо приятно пахнущей эссенции в тёплую воду, даже бутылочку прополоскала, чтобы ни капли не потерять, взяла старое полотенце и приступила к процедуре. Матвей сжался, как только я откинула одеяло, повернулся ко мне спиной. Хорошо, начнём отсюда. Я задрала его футболку и несколько раз прошлась влажным полотенцем по его спине, стараясь не обращать внимания на перекатывающиеся под ладонью мышцы и загорелую кожу. Матвей выгибался от прикосновений, шипел, снова перевернулся на спину. Отлично, то, что нужно. Я потянула за край футболки вверх, и чем больше обнажался его плоский живот с проступающими от тяжёлого дыхания кубиками пресса, тем суше становилось у меня во рту. Ещё чуть-чуть, и я облизываться начну. Очнись, ненормальная! Парень в горячке, а ты о чём думаешь, извращенка! Легко сказать, но где взять столько силы воли, чтобы не скользить пальцами по этой гладкой коже и не смотреть на тонкую дорожку тёмных волос, убегающую куда-то под резинку его спортивных штанов…

– Да холодно же! – Матвей рассеянно водил по моему лицу мутным взглядом, а я от страха, что меня поймали за таким постыдным занятием, онемела и выпучила глаза. – Мам, серьёзно!

Это его «мам» меня немного отрезвило.

– Матвей, надо! – И я принялась обтирать обнажённый живот, а затем и грудь, напевая про себя песню «Десять негритят», чтобы отвлечься от плотоядных и очень нескромных мыслей.

Матвей упирался, вырывал из моих рук край своей футболки, который я упорно продолжала тащить вверх, скулил, сучил ногами, жаловался на противный запах, но сил у него явно было маловато. Сосредоточившись на обтирании (дошла уже до убийства четвёртого негритёнка) и не обращая внимания на его слабые потуги бороться до конца, я приближалась к шее, когда больной махнул рукой так, что перевернул миску с разведённым уксусом на меня.

– Жеглов! Да чтоб тебя!.."

"Я с психом снова укутала его в одеяло, да так, чтобы он не мог пошевелить ни рукой, ни ногой, а потом водрузила мокрую салфетку с остатками уксусного раствора Матвею на лоб. Пусть полежит, пока я собой займусь. Я скинула мокрую, резко пахнущую одежду в ванной, сразу застирала, чтобы избавиться от запаха, развесила её на полотенцесушителе, протёрла свой живот, радуясь, что жидкость не успела намочить трусы. Находиться в чужой квартире в нижнем белье, даже при условии, что хозяин в беспамятстве, не вариант. Набравшись наглости, я зашла в комнату Жеглова и долго рылась в его комоде в поисках сменной одежды для себя. Все спортивные штаны были без шнурков в поясе, поэтому сваливались с меня. Зато нашлась достаточно длинная футболка. Я усмехнулась, рассмотрев на ней голову снежного штурмовика и надпись «Star Wars».