Выбирай сердцем

Я знала, что объясняться с ней сейчас бесполезно, она просто не станет слушать – как минимум до завтрашнего утра лучше её не трогать и на глаза не попадаться. На цыпочках я прошла в ванную, быстро приняла душ и так же бесшумно юркнула в свою комнату. На часах было почти десять вечера. Я вертела в руках телефон и вздыхала. Хочешь не хочешь, нужно звонить отцу. Нашла его номер в контактах, но, так и не решившись, снова отложила телефон. Надела наушники, включила музыку. Вспомнились слова Фила: «Тебе не нужно искать никаких предлогов. Просто позвони ему». А как быть, если есть предлог? Если бы не моё опрометчивое заявление, сколько бы ещё времени я не звонила отцу? Слишком часто в последнее время я делаю такие вещи, которые всегда осуждала: вру и изворачиваюсь, как в случае с мамой, использую людей, например Тату, для достижения своей цели… Вот теперь отец… Сама себе противна… Ха, если противно, иди признайся во всём с самого начала! Слабо? Конечно, слабо… Вывалить на маму, у которой и так нервы на пределе, что из-за гордыни своей и нежелания проиграть пари ввязалась я в эту историю, ложь ложью прикрывала и всё больше в ней увязала – столько решимости у меня нет.

Оставалось только одно – доиграть этот спектакль и забыть о нём, как о страшном сне. Хотя нет, ближе к пенсии, моей, всё-таки признаюсь маме – вместе посмеёмся.

Я резко сняла наушники, схватила телефон и, не оставляя себе шанса на отступление, нажала кнопку вызова напротив номера отца. После третьего гудка услышала в трубке:

– Дочь, привет. Рад, что ты позвонила.

Его голос звучал так нежно и радостно, без всякого упрёка, словно не было между нами этих месяцев молчания.

В груди сдавило, на глазах навернулись слёзы. Не отдавая себе в этом отчёта, я сказала совсем не то, что собиралась:

– Пап, я соскучилась.

И это было чистой правдой. Только сейчас я поняла, как сильно мне его не хватает. Ведь мы были очень близки, проводили много времени вместе. С самого детства повелось, что я чаще советовалась именно с ним, чем с мамой.

– Расскажи, как у тебя дела? Как новая школа?

Слова полились из меня, как вода из открытого крана. Я рассказала про Ладью, Тату, Элеонору Викторовну и её новаторский подход, про чудаковатого историка и даже про бойкот.

Отец внимательно слушал, задавал вопросы или смеялся, подстёгивая меня рассказывать всё больше и больше. Ещё немного, и я даже про пари и договор с Жегловым выболтала бы."

"– Да, пап, – наконец я вспомнила причину, из-за которой, собственно, и звонила, – у меня на выходных соревнования. Уезжаем завтра. Сможешь меня на поезд проводить?

Я затаила дыхание в ожидании его ответа.

– А мама? – Его голос вмиг стал напряжённым.

– У неё встреча с заказчиком, не может перенести.