Выйти замуж за злодея

Надеюсь, что Соверен промок до костей, пока искал извозчика. Хотя наверняка воспользовался магией и окружил себя непроницаемым коконом, чтобы не подмочить фунты спеси и не погасить жгучей злости.

Но и отвергнутому в этот же вечер Юджину Войту пришлось выбираться из коттеджа в ливень. На магию высокого порядка он был неспособен, поэтому на веранде скромно раскрыл зонтик. Уходил он тихо и очень печально. Мамину корзинку, куда я положила яблоки в благодарность за пирог, прихватить не забыл. Разбитое сердце, конечно, разбитым сердцем, но не забрать корзинку, все равно что плюнуть в лицо всем анадарийским традициям и приметам.

Перед моим отъездом приделанный им шпингалет отвалился, а злобный охранный контур прекрасно зажигался. Не всегда вовремя, но жалил, как разъяренный змей. Волосы дыбом от каждого удара вставали!

— Полторы тысячи! — между тем разошелся любитель нимф.

— Две с половиной, — вдруг произнес Соверен и прояснил:

— За ювелирный комплект.

Девица рядом с ним издевательски прыснула в кулачок.

— Три! — с азартом поднял ставку богатенький кретин.

Гард развел руками, мол, уступаю.

— Сапфировый комплект уходит к господину Эстре-младшему за три тысячи злотых! — с облегчением ударил молоточком ведущий.

Я немедленно направилась «за кулисы», где готовилась к выходу Тамарин, усыпанная бриллиантами.

— Получила отставку, нимфа? — скривила она накрашенные губы. Видимо, подсматривала, что происходит в зале и заприметила рядом с Гардом дамочку. — Не переживай сильно, он с ней как-то приходил на показ.

— Ты так громко завидуешь, — фыркнула я, — не боишься, что морщины появятся?

В следующий мой выход ни юнца, ни Соверена с девицей в зале уже не было.

Назавтра газетные заголовки взорвались оглушительной новостью. Две семьи-основателей, Гард и Эстре, разорвали отношения! Сплетники поговаривали, будто младший наследник, хамоватый юнец, нанес главе Тегу личное оскорбление. Какое? История умалчивала. Однако все жители центрального острова ужасно негодовали!

Народ возмущенным не казался: по-прежнему торопился по делам или спокойно прогуливался, наслаждаясь теплым весенним днем, и никто не сбивался в кучки, чтобы обсудить возмутительное попрание гордости Гардов. Пассажиры, берущие штурмом переполненный городской омнибус, тоже не выглядели оскорбленными семьей Эстре и больше досадовали, почему экипажи такие тесные. И меньше всего за отношения между семьями-основателями переживал разносчик газет, продавший мне свежий, еще пахнущий типографской краской лист."

"Едва я вошла в дом мод, как меня вызывала Арлис.