Выдыхая боль

Пунктуальность обусловлена тем, что начальница Татьяна Арнольдовна не только из-за отчества получила подпольное прозвище «Терминаторша». Женщина она во всех смыслах грозная, характер строгий, бескомпромиссный и вспыльчивый, а ещё не в меру рослая и вес под сто килограмм, но при этом нет и намёка на живот или выпирающие бока, а если уж гаркнет, то не только провинившийся рискует сделать под собой позорную лужу, но и все в радиусе ста метров.

— Ну, что коллектив, до обеда я отбываю, — дверь кабинета начальницы уже привычно со всего маха долбанула о стену, как будто её с той стороны не рукой толкнули, а пнули ногой, и Арнольдовна всех окинула внимательным из-под лба взглядом. — Мне не звонить, если накосячите, пока не вернулась, по-тихому исправляйте, не успеете, сами знаете, чем грозит, — предупредила она и устремилась на выход, но остановилась напротив меня и, бросив мне на стол папку, поинтересовалась. — Кто такой Горский Виктор Аркадьевич в курсе?

— Да, это наш финансовый директор, — обычно у меня нормальный голос, как у всех, но тут я сама себе умирающего лебедя напомнила.

— Отлично, Ребёнок, значит, домашнее задание выполнила. Ровно в десять часов отнесёшь ему эту папку и скажешь, что от меня. Если он заглянет в документы и что-нибудь спросит, в обморок не падай, а сразу признавайся, что в цифрах ни бум-бум и просто выполняешь роль курьера. Всё ясно?"

"Опять меня окрестили «Ребёнком». Если прилипнет, то с таким прозвищем долго не видать повышения. Хотя в данный момент карьерный рост — не главное, сейчас моя первоочередная задача – не сотворить какую-нибудь глупость, из-за которой начальница острым носком туфли и без всякого сожаления даст мне пинок под зад, и полечу я обратно на сайт с вакансиями размещать резюме.

Угукнув, кивнула, всем своим видом показывая самоотверженность и давая обещание, что ровно в десять часов, даже если случится всемирный потоп, папка с документами пусть и намокшими, но будет дрейфовать над поверхностью стола финансового директора.

Чуть ли не ежесекундно поглядывала на часы, и это притом, что у меня на телефоне, на девять сорок пять был заведён будильник. Да, пятнадцать минут многовато, чтобы дотопать до лифта, проехать несколько этажей и пройтись вдоль коридора, но лучше какое-то время подпирать стену возле кабинета Виктора Аркадьевича, чем опоздать.

Ровно за минуту до будильника, у меня сдали нервы и я, прижав папку к груди, отправилась выполнять поручение. Всё шло по плану и даже лучше, лифт не пришлось ждать, но когда створки разъехались, и увидела коридор, который выглядел совершенно не так, как в прошлый раз, когда я из любопытства навещала этаж высшего руководства, пришло понимание, что над моей скромной миссией курьера нависла угроза.