X-Wing-5: Эскадрилья-призрак

Келл всю дорогу жег яростным взглядом ходящие ходуном под тканью комбинезона лопатки напарника. Наверное, все же подействовало, потому что на пороге забегаловки длинномордый нечеловек оглянулся.

— Мы просить прощения, офицер Тайнер.

— Зачем? — сердито буркнул еще не остывший Келл. — Зачем ты устроил там всю эту ерунду?

— Мы не знаем.

— Он не знает! Слушай, когда устраиваешь мятеж, обычно помнишь, по какой, собственно, причине!

— Все не просто…

Чужак задумался, бормоча что-то себе под нос, словно обсуждал сам с собой неведомые проблемы, а в результате все четыре пилота успели зайти внутрь кантины.

Когда-то, когда база Фолор еще была действующей горняцкой колонией, это большое просторное помещение использовали под общую столовую. Противоположную от входа стену видно не было, но вовсе не из-за габаритов зала. Скорее обвинять в этом следовало отсутствие освещения, свет давали только несколько голографических проекторов и неоновая вывеска.

Келл предложил занять стол на четверых возле стены, но Хрюк указал на соседний; тот был много больше размером — Скоро к нам присоединятся другие, — пояснил гаморреанец; механический голос легко перекрывал общий шум.

Келл был вынужден согласиться.

Когда все расселись, он вновь вернулся к прерванной беседе.

— Ну так что?

Желтый-4 рассмеялась, и Келл впервые обратил на нее внимание.

По стандартам «ПроСтоя» у их столика было довольно много света, потому что над ним на стене висела сине-зеленая реклама «абракса», так что Тайнеру удалось хорошо рассмотреть девушку… и поразиться.

Если бы ему предложить написать портрет идеальной женщины, Келл без колебаний предложил бы Желтого-4. Она была высока и сухощава, светлые волосы (вероятно, при нормальном освещении она окажется блондинкой) были завязаны в длинный хвост. Одной улыбкой она сумела бы превратить идеальную маску военной бесстрастности в необычайно красивое и живое лицо. А она сейчас улыбалась.

Неожиданный дискомфорт и неловкость удалось замаскировать рычанием: — И что смешного?

Келл вдруг выяснил, что во рту у него сухо, как на Татуине.

Девушка примирительно протянула руку."

"— Прости. Меня зовут Тирия Саркин. Просто ты такой взъерошенный и сумбурный, что мне стало весело, — голос у нее был гортанный и низкий, а говорила девушка с таким густым акцентом, что трудно было не обратить внимания.

Но она становилась только очаровательнее.

Келл все-таки пожал ей руку и ухмыльнулся — неуверенно и немного угрюмо.

— Когда будет у тебя вакуум вместо. счета, станет не до смеха.

— Наверное. Ну, прости, пожалуйста.

— Мы ответим, — вдруг сказал длинномордый. — Но сначала: мы — Кроха. Для друзей, когда не злятся они на нас Келл нахмурился.

— Кроха?

— Правильно. Мы — крошка, если сравнить с брат и сестра от нас.