За короля и отечество

Длинное железное острие пилума потянуло дубовый щит вниз с такой же силой, как это делало бы тяжелое копье. Конец Кутиного копья чуть дрогнул, и следующий ход Анцелотиса застал чуть растерявшегося сакса врасплох.

Бедрами и коленями шотландец чуть повернул коня, уводя его из-под удара, и конец копья сакса прошел в нескольких дюймах выше его плеча, не нанеся ему никакого ущерба. Собравшийся в ожидании столкновения Кута потерял равновесие, и это дало шотландцу достаточно времени, чтобы метнуть второй и третий пилумы точно в центр саксонского щита, окончательно выбив того из седла.

Саксонский принц вторично полетел в грязь.

Оба копья разом сломались под весом его тела.

Бритты на трибунах совершенно обезумели."

"Итак. Оба копья — и Анцелотисово, и Кутино — поломаны, два щита повреждены. Кута остался пеший, имея из снаряжения один щит, меч и боевой топор. Анцелотис повернул коня и поскакал по противоположной дорожке в направлении трибун, пока Кута неуверенным шагом пытался догнать своего коня. Не доезжая трибун, Анцелотис сделал поворот на сто восемьдесят градусов и понесся прямо на центральную стену.

Конь взмыл в воздух, перемахнул каменный барьер и — вряд ли это было случайностью — приземлился прямо перед все еще лишенным седока конем Куты.

Тот взвизгнул от неожиданности и отпрянул в сторону, избежав столкновения на какую-то пару дюймов и с силой толкнув плечом Куту, как раз садившегося в седло с другой стороны. Сакс покатился по песку, стараясь увернуться от тяжелых копыт и оглашая воздух саксонскими ругательствами. Анцелотис развернул коня маневром, достойным американского ковбоя из вестерна, и выхватил меч. Наскакав на еще не оправившегося от потрясения Кутиного коня, Анцелотис тоже выкликнул замысловатое проклятие и описал мечом угрожающий круг над головой.

Несчастная скотина заржала от ужаса, лягнула своего взбешенного хозяина, сделала свечку и ускакала прочь, окончательно оставив сакса пешим. От взгляда, брошенного тем на Анцелотиса, Стирлинг похолодел.

Сакс выхватил меч; топор он уже держал левой рукой. Тем временем его оруженосец схватил последний оставшийся щит и метнул его своему господину на манер пластмассовой тарелки. Кута успел перехватить древко топора зубами и поймал-таки щит в воздухе — попробуй Стирлинг повторить этот фокус, и он наверняка стоил бы ему сломанного запястья.

Небо снова раскололо молнией, а Кута молниеносным движением сунул топор за пояс и ударил мечом плашмя по щиту, словно приглашая к смертоубийственной потасовке. По арене прокатился гром, отражаясь эхом от каменных стен, и все это — и сам удар, и эхо — лавиной обрушились на Стирлинга и погребли под собой.

Отголоски грома еще не стихли, когда Анцелотис ринулся в атаку.