За короля и отечество

Потом лей ему в горло вот это, — она протянула ему бутылочку настоя полыни из собственных запасов, — пока его не вырвет.

Кто-то выбежал из комнаты, шлепая подошвами по раскисшей земле. Спустя всего несколько секунд задыхающийся от бега девичий голос спросил:

— Этого хватит?

Это была Килин — растрепанная, раскрасневшаяся от бега, с покрасневшими от слез глазами. В руках она держала корзинку, полную угля и золы.

— Ага, растолки уголь, и пусть он проглотит не меньше двух пригоршней.

Килин поставила корзинку на пол, и Медройт принялся толочь уголь. Моргана оставила их заниматься этим, а сама продолжила изучение Ковианниной коллекции смертоносных трав. Она уже начала терять надежду, когда вдруг нашла его — маленький мешочек старательно высушенных листьев, который она узнала сразу же, хотя Бренне МакИген это растение и было незнакомо.

— Что это? — хором спросили Анцелотис и ее невидимая гостья; он — вслух, она — беззвучно.

— Растение столь же редкое, как и сам яд. Проклятие Дьявола, так зовут его Девять Владычиц, ибо оно не дает дьяволу вершить свою работу, спасая отравившихся таким ядом. Должно быть, и эти листья обошлись Ковианне в неслыханную цену. Со времен моего детства никто не видел этого растения живым. У моих наставниц в Айнис-Меноу имеется драгоценный запас этих листьев — ненамного больше, чем здесь. — Она покосилась на дверь. — Да где же кипяток? — добавила она тревожно.

Появился солдат с большим железным котлом, из которого выплескивалась кипящая, пыхавшая паром вода. Еще он принес под мышкой серебряный кубок, а в котле плавало еще несколько мисок.

— Ставь их сюда, парень. Да быстрее же!

На мгновение Моргана зажмурилась, молясь, потом принялась за работу. Она выловила миски, насухо вытерла большую часть их, а в последней оставила немного кипятка. Потом прикинула необходимое количество драгоценных листьев с учетом веса Арториуса. Что ж, здесь хватило бы на три полноценные дозы; возможно, эти три можно будет растянуть еще на две-три, но не больше. До нее вдруг дошло, что она, возможно, держит в руках последний в мире запас этого драгоценного снадобья. Она заглянула в посеревшее лицо Арториуса и взмолилась, чтобы ей хватило этого."

"— Дайте ему полынь, — хрипло приказала она, кидая в кипящую воду первую порцию листьев. Резкий специфический аромат наполнил комнату. Арториус издал клокочущий, захлебывающийся звук, когда Анцелотис влил ему настой полыни, потом послышались звуки рвоты. Килин поспешно подставила Арториусу ведерко и осторожно придержала ему голову. Пока листья настаивались в кипятке, окрасив его в темный цвет, Анцелотис влил ему в горло еще порцию рвотного. Арториуса снова вырвало. Моргана еще раз пощупала ему пульс и с трудом удержалась, чтобы не прикусить губу.