За неделю до свадьбы

– Куда я его сунул… – пробормотал Матвей, роясь в небольшой тумбочке, стоявшей в углу кабинета.

– Вы потеряли что-то?

– А? Н-нет… наверное, в машине. Ты тут как следует убери. А ключ отдай Ивану, ну, тому, что на вышке сегодня.

С этими словами Матвей выскочил из кабинета, и Лелька перевела дух.

Наскоро закончив уборку, она спряталась во дворе за теми самыми шинами и снова взяла блокнот. До утра оставалось достаточно времени, и Леля, вместо того чтобы уйти в подсобку на диван и подремать хоть немного, принялась сопоставлять цифры в блокноте. Особенно ее интересовала та колонка, над которой значилось «Натка». Когда Леля сложила все цифры, у нее получилась совершенно астрономическая сумма – около полутора сотен тысяч. Вдруг она услышала быстрые шаги и затаилась, стараясь не выдать своего присутствия.

– Принесла? Давай сюда, – голос принадлежал Матвею. – Сколько?

– Десять. – Ага, это он с Динкой Самариной разговаривает.

– Почему только десять?

– Матвей… там всего двадцать пять было… – Раздался звук пощечины.

– Совсем оборзели, твари? Хочешь вслед за подружками отправиться? Могу помочь!

Динка заплакала:

– Матвей… ну, не надо… я отдам… вот, возьми…

– Вот так-то! И давай ищи замену девкам по-быстрому. И помни, если что – ты следующая. Мне проще из города шалав сюда привезти или вон из районного детдома набрать, их вообще никто не хватится.

Матвей ушел, а Динка, всхлипывая, щелкнула зажигалкой. Леля чувствовала себя ужасно – она стала невольной свидетельницей разговора, который лучше бы не слышать. Она поняла, что нужно спасаться самой и, по возможности, выручать Динку – потому что только она может доказать в милиции, что Наташу убил не Сергей, а хозяин автокемпинга. Девушка решительно вышла из-за сложенных в горку шин и крепко схватила онемевшую от неожиданности и страха Динку за руку:

– Диночка, идем скорее отсюда. Поедем ко мне, пожалуйста.

– Лелька, ты? – выдохнула та с облегчением. – Напугала, черт…"

"– Динка, надо делать ноги. Я слышала, о чем вы говорили. Ведь это Матвей – Наташу, да? – Лелька просительно заглядывала в глаза Динки, но та старательно их прятала. – Дина… помоги мне, пожалуйста. Ты ведь знаешь, что это не Сережа Наташу убил! Так почему он должен полжизни в тюрьме провести?! За что?! Неужели тебе все равно?

Динка вдруг подняла глаза и зло выговорила:

– А меня пожалел кто-то?! Хоть раз, хоть кто-нибудь?! Да я с девятого класса на Матвея ишачу, такое повидала – ужас! Думаешь, мне здесь нравится?! А теперь Матвей грозит вообще убить!

– Ну, так пойдем к дяде Гене, он поможет.

– Да кто мне поверит, Лелька?! Кто я – и кто Матвей? У него вся милиция куплена!

– Поверят. Я тебе помогу. – Лелька решительно двинулась в сторону дороги, увлекая за собой переставшую плакать Динку.