За Тихим Доном (СИ)
Вернувшись из армии Роман узнаёт, что его любимая девушка выходит замуж за другого. Оставить всё как есть и уйти? Нет! Это не в характере героя. Он привык бороться до конца, поэтому решается на отчаянный поступок — украсть невесту прямо со свадьбы. Подхожу к раковине и включаю воду. Намочив руки, прикладываю к шее, пытаясь охладиться. Жара сегодня невыносимая. Скоро расплавлюсь в этих бесконечных юбках. Сзади шорох. Мама, наверное. Через секунду мне кто-то закрывает рот. — Тшш, не ори, — шепчет голос человека из моих кошмаров. А потом я чувствую укол в левом плече как прививка. — Что ты мне вколол? — смотрю на него через зеркало и пытаюсь говорить с закрытым ртом. От выражения его тёмных глаз сковывает ужас. — Снотворное. Поспишь немного, — понимает меня. Через несколько секунд я начинаю ощущать туман в голове, а веки становятся тяжелыми. Он отводит руку от моих губ. — Зачем? — еле слышно. — Я же обещал, что ты не выйдешь замуж.
Запихиваю обратно в машину, пристёгиваю и быстро, пока снова не сбежала, возвращаюсь на место. Аккуратно трогаюсь и довожу до дома. Весь остаток пути она дуется и не разговаривает со мной.
— Прости... Думал, тебе понравится. С окна ты, не задумываясь, сиганула.
— Сравнил тоже! Держись от меня подальше. И сходи к психиатру, тебе голову лечить надо.
Выходит и почти бежит к подъезду.
Ну, нет! Без поцелуя я тебя не отпущу.
Хватаю за руку в тот момент, когда она пытается скрыться за дверью и притягиваю к себе. Крепкий захват одной рукой за талию, другой за затылок и врезаюсь губами в её губы: теплые, влажные, со вкусом клубники.
Она извивается в моих руках, пытаясь отстраниться. Но я сильнее, больше. И у меня планку от всего этого сносит.
Сдайся, Машенька... Обними и ответь на поцелуй. Пожалуйста... Но нет... Кусает зубами меня за губу, которая тут же начинает опухать.
— И это я ненормальный? — чувствую солоноватый вкус крови.
— Проваливай! Пока я полицию не вызвала, — скрывается в подъезде.
Охуеть! Так я ещё никогда не целовался.
Глава 16
Звонок в дверь. На пороге два парня.
— Чем могу помочь? — интересуется домработница Казаковых.
— Мы из полиции. Хозяева дома? — показывают ксивы.
— Да. Проходите, — пропускает их в дом. — Я сообщу Ивану Дмитриевичу.
И уходит куда-то в боковой коридорчик.
— Шикарный дом... Не понимаю, зачем парню воровать эту Клинскую? Она бы и сама побежала, знай, чей он наследник, — оглядывается вокруг Семён, проводя рукой по коротким светлым волосам.
— А может, ей деньги не нужны, — смотрит на него Николай.
— Ну да... Всем им сейчас они нужны.
— Тише, — шикает.
— Здравствуйте! — подходит Казаков. — Что доблестной полиции понадобилось от меня?
— Оперуполномоченные Плотников и Агеев, — представился Семён. — Когда вы последний раз видели вашего сына?
— Ммм... Позавчера... Сказал, что уедет на две недели куда-то в горы, хочет полазить по скалам. А что? Он что-то натворил?
— Да, его подозревают в похищении человека.
— Похищение человека? — брови Казакова ползут вверх.
— Что случилось Ваня? — выходит из кухни Светлана Павловна.
— Представляешь, молодые люди заявляют, что наш Рома кого-то похитил, — со смехом.
— Бред какой-то...
— Вам знакома Клинская Мария Сергеевна? — спрашивает Авдеев.
Казакова сразу меняется в лице и начинает нервничать.
— Только не говорите, что её...
— Так точно. Увёз прямо со свадьбы.
— Господи, я так надеялась, что он оставит свои навязчивые мысли о ней после армии, — присаживается Светлана Павловна на диван. — Всю душу парню извела. Из-за неё из университета отчислили. И опять...
— То есть вы подтверждаете, что он мог её похитить?
— Нет! Не подтверждаем! — Вступил в разговор Иван Дмитриевич. — Они встречались за это время всего один раз, на благотворительном ужине в ресторане.











