За Тихим Доном (СИ)

Там ещё в окно хорошо видно дорогу на озеро, но на ней никого нет.

— Шолохов, только не наделай глупостей, пожалуйста...

Я не хочу остаться здесь одна, я же погибну сразу. Не приспособлена к такой жизни. Я даже не знаю, в какую сторону бежать для помощи. Поселок где-то рядом, чуть больше тридцати километров, но в каком направлении неизвестно.

Прошёл примерно час, когда я услышала звук шагов на пороге.

Почему я не видела в окно как он шёл?

Дверь открылась. Послышались тяжелые и какие-то шаркающие шаги, словно это не молодой парень, а старик.

Я выглянула из-за занавески — Роман пил воду прямо из ведра.

Посмотрела на него и вскрикнула.

Всё тело в крови, а шорты пропитаны ей насквозь.

Он ранен?!

Глава 19

Проводив взглядом Машу, которая побежала к дому, потихоньку пробираюсь через кусты к месту схватки.

Стараюсь не задевать ветки и не шуметь. Ни к чему привлекать внимание разъярённых животных.

На небольшой полянке Маруся отбивается от двух волков. Следили твари, знали, что олениха уже не молодая и прыткая, а детёныш маленький совсем.

Она топчет копытами хищника поменьше, скорее всего молодой волчонок, а большой пытается вгрызться ей в шею.

Осматриваюсь по сторонам и хватаю большой булыжник.

— Маруся, замри немного, — целюсь и швыряю со всей силы.

Прямо в голову волка. Он вертит раненой башкой, падает на ноги, поднимается. Я его хорошо оглушил.

Олениха от неожиданности шарахается в сторону и отпускает волчонка. Оба хищника, поджав хвосты, скрываются в лесу.

Покидаю своё укрытие и выхожу к оленям.

— Эй, привет, Маруся!

Израненная и испуганная она смотрит на меня огромными глазами.

— Я не обижу, — делаю несколько шагов, но она отпрыгивает.

Не признала.

Я бы себя тоже не узнал.

— Где малыш? — но она же не понимает, только ходит кругами вокруг, прихрамывая на переднюю ногу.

Суки!

Замечаю оленёнка в траве, ему перегрызли горло.

Маленький ещё совсем. Маруся такой же была, когда дед нашёл её. Она подходит, нюхает детёныша, толкает носом, но он уже не встанет.

— Я похороню его... — обещаю ей. — Уходи, пока не вернулись, — отгоняю её.

Она издает пронзающий душу крик, похожий на рёв медведя, и убегает.

Взвалив на плечи олененка, отправляюсь к дому. Там, рядом с яблоней, закопаю.

По дорожке идти долго, поэтому срезаю напрямик. Тело заливает кровь из раны на шее у детёныша. Липкая, скользкая и пахнущая, как парное молоко. Я не боюсь крови, но сейчас она вызывает какие-то смешанные чувства. Омерзение и жалость.

Оставляю мертвого оленёнка в траве. Надо Машу проверить. Испугалась же. А ещё пить хочу ужасно.

Войдя в дом, сразу прикладываюсь к ведру с водой, даже кружку искать не стал.

За спиной раздаётся вскрик.

— Ты ранен? — кидается ко мне Клинская. — Столько крови.

В её глазах испуг, переживала за меня.

— Это не моя кровь...