Заберу твоего мужа (СИ)

Когда я снова в нем окажусь, то все встанет на круги своя.

Звонок в дверь отвлекает меня от нанесения легкого макияжа за маминым столиком. Неужели отец снова пришел? Если да, то мне сейчас не до него.

Стараюсь бесшумно идти к двери. Если это он и в прежнем виде, то я просто уйду.

Но я вижу в глазок парня в кепке, и у него что-то в руках. Это не то, что я думаю? Цветы?..

Распахиваю дверь.

— Добрый день…

— Доставка. Распишитесь, — и я расписываюсь. — Вот, пожалуйста.

— Спасибо… — беру букет в руки и, сделав шаг назад, закрываю дверь, не сводя взгляда с букета, а если быть точнее, то с маленького конвертика, что торчит между бутонов. Невольно отмечаю, что цветы не из моего магазина. Здесь есть пионы.

Иду в кухню и, достав записку, кладу букет на стол.

Спешно вскрываю записку и читаю, задержав дыхание:

«Тебя уже тошнит от них, наверное, но знай, что так я извиняюсь».

Глава 12

Я улыбаюсь, читая его слова и снова.

Ненавижу себя за эту улыбку.

И мне в целом не нравится то, что я сейчас испытываю.

Искренний восторг и радость. Солгу, если оно не так.

Но мне это не нужно. Я не должна этого испытывать. Его внимание мне больше не нужно. И пусть я все еще хочу мести, но, черт возьми, я не должна впутывать его в это. Все это, как сказала мне Кира, очень плохо закончится. Уверена, что будет еще хуже, чем я себе представляю.

А еще это саморазрушение. Я себя разрушу, если продолжу ей мстить. Я уже знаю, как будет.

Я будто прозрела, когда вернулась после того вечера. Но не достаточно.

Сейчас, когда слышу у себя в голове его голос, мое сердце снова так знакомо пропускает удары.

Я на распутье.

Кладу записку на стол и беру букет в руки. По моей спине бежит мелкая дрожь, когда я вдыхаю аромат сладких пионов, утыкаясь в них носом.

Нет, меня не тошнит от цветов. Я их люблю. Иначе бы не продолжила мамино дело. У мамы уже был этот магазин, когда мне было десять. Помню, как приходила к ней после школы, там же делала уроки, а потом вместе с ней шла домой. Я никогда не перестану скучать по тем временам. Моя семья казалась мне идеальной. Такой и была.

Поставив букет в вазу, я беру с холодильника его визитку и набираю номер. У меня есть к нему вопросы. Не хочу ждать, когда он еще что-то сделает.

— Да, — звучит строгий мужской голос. Его голос.

— Вы теперь знаете мой адрес? — он должен узнать мой голос.

Он либо думает сейчас, что ответить, либо же еще не догадался, кто с ним говорит. Мне кажется, что первое.

— Да. Это было не сложно узнать.

Значит, знает обо мне все. Мое имя. Фамилию. Отчество. В какой день я родилась.

— Зачем?

— Понял, что должен извиниться.

— Вы часто извиняетесь.

— Только если есть причина. И не перед всеми, — поясняет Ковалев, а я судорожно вздыхаю, пальцами трогая бутоны розовых пионов. Осторожно, чтобы не навредить им.